Госэкзамен

– Не без этого, – задумчиво соглашаюсь я, – Да! Она всё такая же сплетница?

– А-а! Вот оно что! – прозрел Саня, – Дезинформация?

– Почему бы и не да? – пожимаю плечами, – Чем я хуже Владимира Алексеевича? Уж если он этаким манером вбрасывал нужную информацию в московское общество, то мне и сам Боге велел!

– Сложно… – покачал головой Санька, побарабанив пальцами по столу и принимая нахмуренный вид, плохо сочетающийся с прилипшими крошками на губах, – При всех свои недостатках, человек она порядошный, и если что посчитает важным – лопнет, а не выдаст!

– Ну или поедом себя заест потом, если сболтнёт невзначай, – соглашаюсь с ним, – Это да… есть такое дело! Но мы пойдём другим путём!

Выпустив на волю громкую фразу, я задумался и замолк, ибо кроме самой фразы – ну никаких умных мыслей! Дядя Гиляй называет это «цитированием цитат» и «издержками гуманитарного образования».

Отчасти так и есть, ибо литература хотя и формирует отчасти хороший вкус, слог и интеллект, но она же впихивает в головы чужие мнения и красивые словечки.

В среде интеллигенции жонглирование цитатами и отсылками нечто вроде спорта. Вроде как один из признаков показать хорошее образование и память. Вплоть до того, что на дачах от скуки могут целый вечер вести гладкую беседу, используя почти исключительно одни цитаты. Я подобной ерундистикой обычно не страдаю, но если выпадет случай поупражняться в изящной словесности, такого рода умничанье вылезает порой само.

– Косвенно? – додумал за меня брат.

– А? Да, косвенно, – киваю рассеянно и будто просыпаюсь.

В голове разом завертелись сырые покамест идеи и зачатки будущих диалогов и монологов.

– Нужно нечто совершенно невинное и очень-очень косвенное, – озвучил я задачу, и видя озадачившееся лицо брата, начал пояснять:

– Рассказывать военные тайны напрямую не стоит. Если мы начнём обсуждать при Татьяне количество пулемётов или скажем – планы поставок аэропланов с завода Ле-Бурже в Кантоны, это может насторожить потенциального вражину.

Да и хм… это как раз тот случай, когда гадать заманаемся – проговорилась Татьяна кому-то или нет.

– Да и вводить в искушение человека не стоит, – закивал брат.

– И это тоже, – соглашаюсь с ним, – Человек она… ну, не так чтобы святая, но для Наденьки много сделала, так что – своя!

– А если по персоналиям? – озарило брата, – Не пулемёты и прочее, а скажем, обронить в разговоре, что имел беседу с нужным господином, результатами которой остался премного доволен.