Господа гусары, молчать!

И в переносном смысле, и в самом прямом, чтобы продирало. И ради чего?

— То есть чувства тебе не нужны?

— Смешно слушать про чувства от проститутки, — Инна язвительно улыбнулась.

— Да, наверно, — задумчиво кивнул Стас.

— Нет, мальчик, чувства мне не нужны. Сыта по горло. Знаешь, чем ты мне нравишься и почему я трахаюсь только с тобой? Не только потому, что ты делаешь это по высшему разряду. Но еще и потому, что с тобой не надо притворяться. Я тебе плачу и могу быть самой собой. Стервой, злобной сукой — без разницы.

— А знаешь, Инна, почему я приезжаю к тебе пять лет, хотя ты ведешь себя как стерва и злобная сука? — невозмутимо поинтересовался Стас. — Я ведь уже не на том уровне, чтобы бежать, высунув язык, к любой дырке, у которой зачесалось. Давно уже мог послать тебя на хер. Сказать: сверни свое бабло трубочкой и вставь себе вместо члена.

— Ну да, — уязвленно засмеялась Инна, — ты прямо как афинская гетера, сам выбираешь, кого трахать. Были в древней Греции такие шлюхи…

— Я умею читать, Инна.

— Серьезно? — она надменно вскинула брови. — Ну так и почему же ты не послал меня на хер?

— По той же самой причине. С тобой не надо притворяться сладким ласковым котиком. Ты — блядь. Течная сука. А я — тот, кто приходит по свистку и трахает блядей. Все предельно цинично и откровенно. Как в порно, которое не прикидывается эротикой.

Насмешливо глядя на Инну, Стас провел у нее между ногами двумя пальцами и обтер их о ее же бедро.

— Тебе ведь это нравится, да? Что я такой, какой есть?

— Может быть, — натужно улыбнулась Инна.

— Я рад, что всего через пять лет мы расставили все точки над и, — Стас встал и начал одеваться.

— Скажи, а почему ты вообще занялся этим? — Инна невольно залюбовалась той грацией, с которой он это делал. Словно не натягивал банально трусы и носки, а заводил со сцены и без того распаленную публику. — Не похоже на то, что ты такая Сонечка Мармеладова. Наверно, не только в деньгах дело, а?

— Чем? Стриптизом или скорой сексуальной помощью? — он коротко взглянул на нее, облизав губы.

— Что?! — задохнулась она.

— Ты забыла, что я трахал твою дочь? По твоей просьбе и за твои деньги. Как, кстати, она поживает? Впрочем, это неважно.

Дожидаться ответа Стас не стал, вышел в прихожую, и через пару минут дверь за ним захлопнулась.