Онлайн-библиотека книг
Ого! Этот парень круто берет. Ну вечером так вечером…
Вечером, за ужином, я жду от Вильгельма обещанных действий. О, вот он подошел ко мне и протягивает портсигар, зовет в курительную. Пойдем, пойдем.
В курительной множество гостей. Вильгельм протягивает мне сигару, закуривает сам и, выпустив клуб ароматного дыма, тихо и внушительно произносит:
— Если вы пойдете в музыкальную залу, Ники, вы не будете разочарованы. — И покровительственно хлопает меня по плечу. Да ладно, ради нужного дела можно и потерпеть фамильярность.
В музыкальной зале полумрак. Никого, ни единой живой души. Я подхожу к роялю, сажусь за инструмент и бездумно выстукиваю двумя пальцами какой-то легкомысленный мотивчик. Внезапно сообразив, что это — песенка Глюкозы про невесту, я чуть было в ужасе не захлопываю крышку, но тут в голову приходит шальная мысль. Цесаревич вовсе недурно играет на рояле и в совершенстве знает немецкий. А что, если?..
Простите меня, господин Вертинский. Эту песню вы уже не напишете, потому что я украл ее у вас.
Чуть скрипнула дверь, и я тут же начинаю:"
"Я безумно боюсь зноя яркого лета
Ваших светло-пшеничных волос.
Я влюблен в ваше тонкое имя — Моретта,
И в следы ваших слез, ваших слез.
А крылатые брови, а лоб Беатриче,
А весна в повороте лица!
О, как трудно любить в этом мире приличий,
О, как трудно любить без конца!
Не могу, не хочу, наконец, не желаю,
И, встречая конец бытия,
Я вам сердце свое, словно мячик, бросаю:
Ну ж, ловите, принцесса моя!
Я оканчиваю проигрыш и слышу, как за спиной кто-то шумно вздохнул.
На скулах Моретты играет румянец, она нервно теребит веер. Понравилось? А то, это ж вам не кто-нибудь — Вертинский, понимать надо! Так, теперь продолжать в том же духе…
Рассказывает принцесса
Виктория фон Гогенцоллерн (Моретта)
Когда Вилли сказал ей, что в музыкальной зале ее ждет некто, кто не может явиться открыто, в первую очередь она подумала о Сандро.
