Господин метелей (СИ)

А ель сверкала, переливалась и искрилась, словно усыпанная серебром, бриллиантами и украшенная хрусталем, и в этом непривычном серебристом сиянии было настоящее волшебство. И красота…

Так же, как Близар, я обошла ель, рассматривая опушенные инеем ветки и ледяные игрушки.

Но ведь снег и лед… они же растают… Я осмелилась дотронуться до прозрачного человечка, болтающегося на серебристой тесьме, которая раньше была красной. Фигурка была холодной, но тепло моей руки не растопило ее. Колдовство!

— Конечно, колдовство.

Я кто, по-твоему, Антонелли? — спросил Близар с коротким смешком. — Что молчишь? Язык прикусила?

— Я любуюсь, — ответила я, не в силах оторвать взгляда от заснеженной ели.

— Любуйся, — сказал он, но когда я оглянулась, колдуна в зале уже не было.

Перемены пугали меня. С чего вдруг колдун стал таким добреньким? Взбивая его постель, я опасливо косилась — не подкарауливает ли меня Близар? Отказавшись от визитов девушек, не надумал ли он опробовать свои чары на мне?

Но колдун не появлялся в спальне, а девицы перестали появляться в замке.

Миновали вторник, и среда, и я уже поверила, что приближение самого радостного праздника растопило даже ледяное сердце. Каждый день Близар ездил в город и привозил мне сладости, но сам даже не притрагивался к ним, а когда я готовила похлебку или жаркое, отказывался от еды. Я не понимала причин отказа, а снежные духи только пожимали плечами — с ними Близар, похоже, был не более откровенен, чем со мной.

Но как бы то ни было, каждое утро я усердно подметала зал и кабинет, не желая становиться нахлебницей.

Я как раз заканчивала уборку утром в четверг, когда в ворота постучали.

От неожиданности я уронила метлу, которую держала.

Ведь Близар сказал, что никого не желает видеть…

Я подождала, но колдун не спешил открывать, а стук становился все громче, все настойчивее. Вытерев руки о передник, я вышла в коридор и после секундного замешательства потянула дверную ручку.

На пороге стояла… девушка.

Сердце мое упало в пятки, но потом я увидела рядом с ней женщину средних лет. Обе были одеты бедно, но постарались принарядиться, и даже улыбнулись, хотя глаза у обоих больше походили на глаза загнанных животных.

— Добрый день, барышня, — сказала женщина. — Будьте добры, позовите господина Близара?

— К сожалению, я не знаю даже — дома ли он, — ответила я. — Но входите! Мороз крепчает, а вы ведь шли пешком? Вам надо отогреться, я сварю шоколад.