Господин метелей (СИ)

К городским воротам я успела минута в минуту — стражники уже готовились опускать решетку. Они удивились, когда я пожелала выйти и даже любезно попытались отговорить меня, пугая начинающейся метелью.

— Отец ждет меня за воротами, — сказала я как можно небрежнее и стараясь выглядеть уверенно, — возле холма, где замок Близаров. Это мне надо свернуть направо?

— Да, по этой дороге, не ошибетесь… — Стражники переглянулись и больше не приставали с расспросами.

Я закинула на плечо сумку и смело зашагала по накатанной санной дороге, в темноту.

Идти по колее было не очень удобно, потому что стоило оступиться — и провалишься по колено в рыхлый снег. Мороз усилился, и ветер тоже. Что ж! Миля — это не очень долго. Да и пройти мимо холма было невозможно — потому что на вершине его горели огоньки — окна замка, наверное. Эти огоньки придавали мне сил и смелости, и я бодро прошагала до середины пути.

Здесь же решимость моя поубавилась. Теперь я едва брела, засунув руки в рукава. Мне было совсем не холодно, даже жарко, только ноги мерзли, потому что мои бархатные сапожки сразу же раскисли и порвались на носах.

Я располосовала перочинным ножичком шаль и перетянула их, но это плохо помогало. Преодолев две трети подъема, ноги мои стали каменными, а пальцев я почти не чувствовала. Хотелось посидеть, а еще лучше — полежать, но я боялась останавливаться, потому что слышала, как опасна бывает зима, и некоторые, присев на пять минут, оставались отдыхать навсегда.

Поземка заметала меня уже до колена, а в свисте ветра мне слышался презрительный смех.

Наверное, так будет смеяться колдун, когда увидит меня — лохматую, замерзшую, и даже бархатная шуба не добавит лоска.

Наконец, я добралась до вершины.

Замок Близаров манил огнями, но выглядел угрожающе — мрачная, черная глыба, обвитая сухими плетями плюща. Нет, это был замок не на холме, это был замок в скале — он был высечен прямо в сером граните, и обработан только с фасада. Как будто кто-то огромный пытался вылезти из пасти костлявого чудовища.

Замок не был огорожен, и вокруг не росло ни одного дерева — просто снежная пустыня, ровная, как на ладони.

Отец сказал, мы приезжали сюда. Я прекрасно помнила поездку в Эшвег, когда мне было пять лет, но вот этот мрачный замок в моей памяти не сохранился.

Высокое крыльцо вело к арочным двустворчатым дверям, и такими же были окна — по два с каждой стороны. Над дверями красовалась огромная каменная «роза» — круглое окно с шестью «лепестками».