Господин метелей (СИ)

Лицо Близара было бледным, черты заострились, и белая прядь в черной шевелюре казалась прихваченной инеем.

— Спасибо, — сказала я. — Но это лишнее.

— Это не все, — ответил он спокойно. — Остальное в санях.

— Ты не слушаешь? — обиделся Сияваршан. — А шапка тебе нравится?..

Мы выехали после полудня, но не прошло и двух часов, как домчались до Любека. Сани летели по воздуху так стремительно, что лишь ветер свистел в ушах. На мне были новое зеленое платье — из тонкой шерсти, с узорчатым пояском, и новая шапка — с мехом горностая на опушке и бархатным верхом, и еще новые сапожки, а шуба была белая — та, которую я надевала, отправляясь на королевский праздник.

Сани заполнили сундучки, шкатулки, мешки и корзины, и где-то там лежал футляр с бриллиантовым ожерельем.

Призраки болтали без умолку, радуясь и поездке, и тому впечатлению, что мы произведем в провинциальном городишке, но мы с Близаром ехали молча, и никто из нас не улыбнулся.

Я не знала, о чем думал колдун, но мои мысли были далеки от радостных.

Да, я возвращалась домой — в последнее время это стало моей целью. Но не получится ли так, что цель, к которой я стремилась — это не победа, а мое поражение? Для чего я возвращаюсь в Любек? Что меня там ждет? И кто?.. Мне придется жить в доме отца, вместе с мачехой, которая с таким удовольствием начнет сравнивать мою жизнь и жизнь Мелиссы — естественно, в пользу Мелиссы. И мне придется смотреть, как моя сводная сестра ходит под руку с тем, за кого я собиралась замуж. И все знали, что я собиралась за него замуж. А потом Мелисса забеременеет, а потом я буду смотреть, как растет ребенок мужчины, который когда-то говорил о наших с ним детях.

Даже если Близар на весь город прокричит, что он просил моей руки, а я не согласилась — мне не будет легче.

А что будет легче? Если он предложит выйти за него по-настоящему, и я соглашусь?

Когда вдали показались знакомые крыши Любека, я готова была выпрыгнуть из саней и бежать куда угодно, но только не к дому.

Но сани уже въезжали в ворота, и уже попадались навстречу люди, которых я знала с детства.

И хозяин хлебной лавки, и учитель музыки, и белобрысая хохотушка Лилиана, с которой мы вместе ходили в воскресную школу.

Все они провожали наши сани взглядами, некоторые останавливались и глядели вслед, а мальчишки тут же помчались вдогонку, чтобы прокатиться на запятках. Самым смелым тут же запорошило глаза снежной пылью — ведь запятки были заняты, там ехала невидимая Аустерия.