Господин метелей (СИ)

 — Потому что по условиям договора он принес в жертву Хольде свое горячее человеческое сердце. Сердце — в обмен на тайные знания. Он не способен полюбить никого, глупышечка. Ни тебя, ни меня — никого! У него вообще нет человеческих чувств!

«Вот это ты зря, — ответила я ей мысленно. — Я видела, как он переживал из-за предательства матери, и как глубоко было его горе, когда он нашел ее могилу. Что же это, если не любовь?».

— Первый Близар пожертвовал свое сердце Хольде, — продолжала Эрна, — она умыла лицо снегом, и снег превратился в хрустальную маску, она и давала первому Близару власть над силами зимы.

Но Близар смог обмануть Хольду, он заключил ее саму в эту маску, а потом разбил, чтобы стать единственным повелителем зимы. Только с колдовскими силами заигрывать нельзя! Человек не может победить стихию. Первый Близар не обрел реальную власть над зимой, не стал настоящим Повелителем Метелей, он стал пленником этого замка, как и все его потомки. И Николас — тоже пленник. Рано или поздно сердца Близаров оледеневают, холод побеждает их, и они умирают — такова плата. Так было и с отцом Близара, и с его дедом, и будет с ним самим, если его не спасти. Но ты можешь мне помочь…

— Вы хотите его спасти? — спросила я, напуганная той страстью, с которой она произнесла свою речь.

Теперь глаза Эрны горели диким огнем, и она то и дело хищно приподнимала верхнюю губу, обнажая белые, острые зубы — как будто собиралась вгрызться в меня.

— Я могу спасти Николаса, — сказала Эрна, и голос ее странно прозвучал в замке — словно всё затаилось, обратившись в слух.

 — Я хочу получить маску Хольды, чтобы стать единственной повелительницей зимы, а ты хочешь получить его. Поможем друг другу. Я расторгну договор Близаров с Хольдой, и заключу новый договор — Хольды и Эрны фон Зоммерштайн.

Она сказал это, и я как наяву увидела Госпожу Метелей — прекрасную, холодную, безжалостную. Эрна показалась мне выше ростом, и от нее повеяло холодом — пронизывающим, замогильным…

— Но…вы же сами говорите, что ледяное сердце — это смерть… — пробормотала я.

— Тебе не понять, — бросила она презрительно. — А я прекрасно понимаю, почему первый Близар так поступил. И я готова принести в жертву собственное сердце, чтобы получить взамен абсолютную власть. Нежным фиалкам, вроде тебя, это не надо, вам это не под силу. Ваш предел — дарить детишкам подарки и печь пирожки. А я мечтаю о большем, и ледяное сердце — это награда, на самом деле, а не наказание. Никаких тревог, никаких сомнений.