Господин метелей (СИ)

Какой избранник, какая преданность, если я еще до весны собираюсь жить в замке Близара, и каждый день или вечер появляюсь с ним в городе, уже не обращая внимания на сплетни.

Сплетничали ли о нас? Наверняка. Но я не слышала ничего плохого — наверное, горожане боялись колдуна, а слухи о беде Колвина добавляли благоразумия даже самым отчаянным нахалам.

— Значит, Близарчик любви не достоин, — сказал Сияваршан, и я не поняла — он рад или огорчен этим.

— Вот соберем маску… — решила я их приободрить, но закончить не успела, потому что через зеркало в Ледяной чертог вошел Близар.

Мы пятеро застыли, как воры, застигнутые за попыткой взлома, а колдун смотрел на нас — на каждого по очереди — и синие глаза становились все холоднее.

— Тебе было запрещено заходить сюда, — сказал он, обращаясь только ко мне.

Я медленно встала, отряхивая передник. Велюто выскользнул из метлы, в которую вселился, сгребая осколки в угол.

— Мы хотели помочь… — я улыбнулась, хотя под взглядом Близара мне стало не по себе.

Сияваршан кашлянул, но Близар даже не повернул головы.

— Даже не сомневаюсь, что это ты хотела помочь, — сказал он, прошел по сугробам из осколков, которые жалобно хрупали под его сапогами, и схватил меня за руку. — Уходим отсюда. Немедленно.

— Бефаночка сделала это ради тебя, — сказал вдруг Сияваршан.

Я покраснела до ушей, а пальцы колдуна сдавили мое запястье, как браслет от кандалов.

— Замолчи, — приказал Близар духу.

Он тащил меня к выходу — попросту тянул за собой, как будто спасался бегством.

— Мне больно, — пожаловалась я, но колдун не ответил и даже не посмотрел на меня.

Зато Сияваршан сорвался с места и преградил нам дорогу:

— Она тебя любит, Близарчик, — сказал дух проникновенно. — Ты же видишь это, ты же чувствуешь.

— Ничего подобного! — ахнула я, краснея еще сильнее.

— Ты слышал? — бросил Близар.

Он растекся белым пятном, но сразу же собрался и метнулся куда-то под потолок, а Близар выволок меня из комнаты и подтолкнул в спину, приказывая спускаться.

— Я велю, чтобы тебя спустили с лестницы, если ты еще раз попытаешься зайти туда, — говорил он монотонно, толкая меня на каждой ступеньке, потому что я порывалась остановиться и сказать хоть что-то в свое оправдание.