Чидлис качнул головой, словно сокрушаясь о своей рассеянности, шагнул за саркофаг и вытащил оттуда тело Серкуса. Мертв Тэйн или просто без сознания, понять было сложно.
— Вот, теперь все в сборе, — заявил Сол, располагая отца Ройса и ли Норда рядом.
Отступил, любуясь делом рук своих.
— Так вот, когда все расчистят, найдут вас и вот их, — он ткнул пальцем в Тэйна и герцога. — И все станет ясно. Эти двое забрали у вас венец, потом чего-то не поделили, поссорились и поубивали друг друга. Обычное дело. Мы, разумеется, отомстим, и за вас, и за погибших алхоров, а потом, погоревав немного, выберем императора.
Самого достойнейшего из выживших. Догадываешься, кого?
Он улыбнулся, почти добродушно, а потом замер, нахмурив брови, прислушиваясь. Даже отвернулся от меня.
А я…
Меня переполняло негодование. Если бы я только прорвалась к источнику. Да хотя бы просто сдвинулась с места. Дотянулась до Чидлиса. Кажется, я зубами рвала бы его горло. Все, что угодно, лишь бы не сидеть беспомощно, ожидая смерти, своей и своих близких.
Но все, что я могла, это шевельнуть кистями рук.
В отчаянии крепко стиснула ладони, до судорог, до боли, и вдруг почувствовала, как начало нагреваться кольцо Айтона. Удар сердца — и оно раскаленным обручем сдавило палец, и в то же мгновение я услышала встревоженный голос мужа:
— Элис? Жива… Где ты? Мы не можем открыть к тебе тропу.
— В последней комнате с Солом Чидлисом. Предатель он, не Тэйн. Вам сюда нельзя, ловушка. Войдете — и все взорвется.
Я торопилась, захлебываясь мысленной речью, страшась, что зыбкая связь в любой момент прервется.
Айтон не перебивал, но я ощущала его ярость — она кровавым туманом клубилась на краю моего сознания. Тьма мужа тоже была в бешенстве, она рвалась ко мне, и я нетерпеливо подалась навстречу. Ухватилась за извивающееся сумрачное щупальце, потянула к себе… Ближе… Ближе… И почувствовала, как крепнет межу нами нить, а мне самой становится легче дышать и понемногу возвращаются силы.
— Ну все, пора, — выдернул меня в реальность голос Чидлиса.
— Мне нужно уходить. Прости, Элис, в живых тебя не оставлю. Ничего личного. Всего лишь подстраховка.
Он направился ко мне, обнажая кинжал, но я уже могла двигаться, и, когда мужчина приблизился, резко выбросила вперед ногу, с силой ударив его каблуком в голень.
— Ах ты…
Высший явно не ожидал такого. Отшатнулся, шипя от боли. Выплюнул остервенело:
— Тва-а-арь."
"Распрямился, намереваясь снова шагнуть вперед.
