Господин Ректор

Сопротивляться и быть искалеченной означает отодвинуть свою встречу с сыном, этого я допустить не могу. А потерпеть пыхтящего мужика тем самым усыпить бдительность и свалить в закат, с меня не убудет. Это я переживу.

Прерывая отдающие гнилым привкусом во рту рассуждения, она продолжает:

— Неужели ты не хочешь попытаться покорить ледяного Змея? Он тебе благоволит, у тебя есть шанс стать его Сердцем.

Удивительная логика у этой девы:

— Нет. У меня уже есть один благоволящий, боюсь второго я не потяну.

— Кольцо с изумрудом на правой руке — его хватит. — благо от волнения пальцы похолодели и удалось стянуть его одной рукой, она неторопливо поднялась за моей спиной. — Я сделаю это завтра. Надеюсь твой муж примет тебя после того как ты была с Каримом. — шелест книги и едва слышные слова произнесены с неожиданно искренней надеждой. И болью.

Заставляют меня чуть оглянуться в естественном стремлении заглянуть ей в глаза.

— Меня зовут Кира дер Крёзе, леди Дагорн. Обращайся. — незаметно роняю перстень в узкую ладошку мгновенно скрывшуюся в летящих шелках рукавов, давая обещание этой девушке помочь в будущем.

Когда выберусь и если ей будет нужно.

Отворачиваюсь, сразу не задерживая на ней взгляд, чтобы моё поведение выглядело естественным. Оглянуться на звуки за спиной нормально, пялиться в спину одной из наложниц уже подозрительно.

Я прекрасно понимаю, что за мной наблюдают если не все, то многие. Змей, Карим или просто хозяин этого домика уж точно не идиот и выпускать меня из поля зрения не будет.

Потому совершенно не нужно чтобы перед моим побегом кто-то видел, как мы с ней разговариваем. Знание моего языка она скрывает судя по всему, вот пусть Карим-местный-царёк и остаётся в недоумении как мне удалось всё провернуть, будучи под постоянным присмотром.

И вернувшись домой обязательно найду способ проверить, чтобы с девочкой, согласившейся мне помочь ничего плохого не случилось. В противном случае этот Змей узнает, что такое настоящая роданская женщина.

Только я начала входить в образ усталой женщины надеясь, что меня проведут в ту персиковую комнату, где я избавившись от свидетелей перейду к исполнению своей части плана — «побег в окно по бездорожью» или хотя бы просто подумаю наедине сама с собою, как ко мне подступили уже почти родные для меня девчушки в сером и чернокожий амбал за их спинами, который провожал меня в покои Карима Змеиного местного властелина.