Господин Ректор

 — проведя по нежной щёчке уставилась прямо в широко распахнутые глаза завороженно слушающего меня сына. — Ты был бы для них столь же любимым как для меня, и мне так обидно, что ты этого лишён. Они были чудесными родителями, но дедом с бабушкой стали бы просто сумасшедшими. — хихикнула я.

— Мне тоже жаль, ма. Но ты не думай, мне тебя хватает, правда. Нам и вдвоём хорошо. — торопливо проговорил он лихорадочно стискивая мою кисть.

Я усмехнулась, не желая поднимать пока набившую оскомину тему.

В ожидании пока ребёнок переварит поступившие откровения наблюдала за пламенем свечей раз за разом пробегая по именам.

— Потом долгое время всё было плохо, родной. Я сильно злилась на родных за то, что бросили, конечно, они не виноваты, но кому от этого легче? — снова улыбнулась подначивая сына, вспомнить ситуацию с кочевниками. — Оказалась на улице, дальняя родня постарались распродать всё поскорей пока. Меня приютили при Храме Богини Матери, но я постоянно сбегала и через какое-то время стала числиться пропавшей без вести, тем самым развязала руки остаткам семьи — поступили они по умному стоит признать, на случай если я всё таки объявлюсь всё что можно было продали и растратили.

А я и не вернулась, осталась на улице. Четырнадцать лет опасный возраст для девочки, поэтому я решила стать пацаном, вступила в банду, была карманницей, потом оказалось, что проще зарабатывать выполняя мелкие поручения, вроде посыльного, устроилась прислугой и решила поступать в Академию. А дальше Сэн, неземное счастье в виде тебя и остальное ты знаешь.

— Поверить не могу, ты воровала? Была в банде? — с восторженным ужасом разглядывал меня сын.

— Но но, это было на грани между жизнью и смертью, поэтому не считается. — погрозила я ему пальцем, чтобы не вздумал использовать как контраргумент когда я буду на него орать за что-нибудь.

— Да понятно. — небрежно отмахнулся он и снова с восторгом в глазах. — Нет, правда, ты же такая умная, ухоженная, воспитанная и вдруг в банде воришек!

— Было дело, да.

Я этим не горжусь и тебе не советую. — сделала грозный вид, но в душе покатывалась со смеху восторгам сына.

— Тяжело было? — снова посерьёзнел Стас.

— Временами. — пожала плечами.

Сын нахмурился и тоже вгляделся в имена.

— Ты расскажешь мне о них?

— Когда-нибудь, обязательно. Сейчас ты должен понять, милый, я привыкла быть единственной кто несёт ответственность. Ты взрослеешь и постепенно будешь часть ответственности забирать себе.