Василий Яковлевич мгновенно стал серьезным.
— Ничегошеньки не знаю. Или что-то без меня пришло, какая-нибудь бумага, а я еще и не видел. А ты что знаешь?
Вполне возможно. Господин Щука, оставленный за исправника, мог какую-то из бумаг и не передать своему начальнику. Запамятовал.
— Хозяйка моя интересовалась — что бывает, если солдат со службы утек, — пояснил я. — Я, как сумел, объяснил, но интересно стало — зачем ей это? Так, слово за слово, узнал, что где-то дезертир скрывается. Не уверен — спохватилось ли военное ведомство, или нет, но информацию я получил, до тебя довел.
Проверять станем? Еще нужно, чтобы источник информации не разглашался. Ему, ей, то есть, принципы не позволяют на учеников доносить.
Василий Яковлевич думал недолго. Кивнув старосте, подозвал его к себе.
— Андриан, что у вас в волости есть такое, о чем я не знаю? Н-ну?
Староста зачесал затылок, но думал недолго и сразу сказал:
— Если про Петьку Опарышева, но про это сам лишь вчера узнал.
Абрютин посмотрел на старосту таким взглядом, что тот стал ниже ростом.
— Мне почему не доложил?
— Так ваше высокоблагородие, говорю — сам я вчера узнал. А еще побоялся, что поперек Серафима Макаровича влезу.
— Андриан, тебе в старостах надоело ходить? Или нужно твою лавку закрыть? Проверить — все ли у тебя в порядке, нет ли каких нарушений? Так я закрою, — пообещал Абрютин очень «ласковым» тоном. Таким, что даже мне стало не по себе.
Мне даже стало жалко старосту. Вроде, гостей принял как положено, следователю и ужин отправил, и завтрак.
А все равно начальству не угодил.
— Ваше высокоблагородие, простите дурака. Не любит у нас урядник, чтобы через его голову скакали. Подумал — пусть господину исправнику урядник докладывает, ему положено. Я-то хотел Серафиму Макарычу сообщить, но он вчера целый день с вами был, а вечером не успел. Вы-то уедете, а мне потом с ним оставаться. Да вон он, — радостно затараторил староста, указывая куда-то вдаль, — сам господин урядник скачет. Верно, он вам все и сообщит.
И впрямь, на полном скаку к нам несся урядник.
А ведь похоже, что Серафим Макарович служил в кавалерии — уж слишком он уверенно в седле держался. Видел я пару раз здешних наездников — далеко им до волостного урядника.
Подскакав, полицейский соскочил с седла и вытянулся во фрунт.
— Разрешите доложить ваше высокоблагородие? — обратился урядник.
— Разрешаю, — кивнул исправник.
— Доложили мне, что в старой бане, в деревне Избища, дезертир скрывается, — доложил урядник.
