— Я имела в виду в разумных пределах, и только если ты позволишь нам платить в рассрочку.
— Частями. Мне нравится эта идея.
— Верно. — я обхожу диван, вставая перед своим столом, который он так прямолинейно сделал своим. — Ты даже можешь сохранить часть своих акций в качестве формы инвестиций, если хочешь.
— Да?
— Да, — сейчас я выпаливаю, но мне все равно, лишь бы это вернуло нам нашу фирму. — Лейла и я, возможно, даже будем готовы предложить тебе немного больше, чем ты заплатил за акции.
Все, что нам нужно, это возможность оплаты в рассрочку и время до запуска нашего следующего продукта.
— Акции и деньги не та плата, о которой я думал.
Я хмурюсь.
— Тогда что?
— Ты, Аврора.
Глава 9
Аврора
Я смотрю на Джонатана с тем, что должно выглядеть как пустое выражение лица.
Во второй раз за последние несколько минут он совершенно выбивает меня из колеи. Как будто меня внезапно раздели до самой элементарной формы, и я не могу начать объяснять, что происходит.
— Что ты только что сказал? — бормочу я, сопротивляясь желанию упасть в кресло напротив моего стола — то, за которым он сидит, словно оно всегда было его.
Вся эта ситуация выглядит так, будто она всегда принадлежала ему, чтобы начать и владеть ею."
"— Ты меня услышала.
Выражение лица Джонатана остается спокойным, даже скучающим, будто он не предполагал взять... меня.
— Что именно ты имеешь в виду, говоря, что берёшь меня за плату? — мой голос обретает некоторую резкость.
— Так просто, как кажется. В обмен на передачу полного права собственности на акции я хочу, чтобы ты заплатила за них, став моей.
Мои щеки пылают от унижения при этой мысли, но голос звучит твердо и ясно.
— Я не шлюха.
— Ты будешь моей, а не моей шлюхой. В этом есть разница. Меня не интересует шлюха. Если бы интересовала, я мог бы забрать ее с улицы или подцепить на вечеринке. Они не стоят сотен тысяч, которые я заплатил за акции H&H.
— Это должно заставить меня почувствовать себя польщенной или что-то в этом роде?
— Это не входит в мои намерения, но если это так, то непременно.
Мудак.
Моя кровь закипает от желания ударить его по лицу и закричать «кровавое убийство». Но даже я признаю, что с Джонатаном он сделает так, чтобы казалось, будто это я совершила убийство, а не наоборот.
Я пытаюсь договориться с самой собой, сохраняя хладнокровие, прекрасно понимая, что волнение только подтолкнет меня к ошибкам.
