Госпожа Болотной Равнины 2

Впереди нас ждала пара недель «незабываемого» путешествия. Кто-то скажет, что мои жалобы напрасны – ведь за последнее время качество столичных дорог, да и провинциальных тоже, значительно улучшилось, опять же, харчевни и постоялые дворы на большом тракте способствовали росту междугороднего сообщения.

Всё так. Только две недели в замкнутом пространстве с Лизой и Эсфирь Соломоновной не могут пройти даром для моей психики!

Что сказать? Мы уложились в двенадцать дней! Тётушка была вне себя от счастья, да так, что даже сквозь маску хорошего воспитания прорывалось счастье видеть нас.

Вдоволь наобнимавшись с ней и с дядюшкой, я поняла, как сильно скучала по нашему дому, приютившему меня когда-то давно…

- Всё в порядке, милая? – Марко осторожно приобнял меня за плечи.

- Да… просто вспомнила тот день, когда я впервые появилась на пороге этого дома… - умилённо прошептала я.

- О, да! Не забывается такое никогда! Как сейчас помню – это было душераздирающее зрелище – грязная до невозможности, вся всклокоченная, и почему-то в мужских брюках из грубой ткани, драных на коленях – прикрыл глаза от ужаса заботливый супруг – даже не говори мне, откуда они у тебя появились – эта информация будет для меня явно лишней!

Вот так, а ведь говорил, что полюбил меня с первого взгляда, хоть и обряжённую в джинсы, да так, что даже кушать не мог – вот и верь после этого людям!"

"Буквально на следующий день после нашего знаменательного возвращения на родину, мы созвали старост деревень, дабы лично, так сказать, убедиться в состоянии дел в поместье.

- Живём, стал быть, помаленьку – начал староста Подуево Жарко – не жисть – чистая сказка! Нашим-то деревенским таперича завсегда работы хватает, торфяники – дело справное, ужо за третью болоту взялися, глядишь, так гнилушкинские болота все изведём подчистую, и эту «пленэру» культурную, значит, создадим…

Жарко смущённо одёрнул кафтан, и более сухо продолжил:

- Так ведь чего не помечтать, то ведь не грех.

Тем более такое дело – выработки у нас всегда были знатные, а сейчас и вовсе – красота. Приловчилися мы, значит, на глаз толщину торфа определять, так что дело пошло веселее.