Госпожа Болотной Равнины 2

- Это я знаю – тонко улыбнулась она – но у моего сына давно своя жизнь, а если ему понадобится моя помощь, то он всегда знает, как меня найти.

- Я думаю, что госпожа Евангелия не сердилась на вас за то, что случилось прошлым летом – добавила я.

- И это я знаю, иначе бы находилась сейчас рядом с мужем…

Я молча стояла и смотрела, как госпожа Божена садится в карету для того, чтобы вернуться домой, в свой крошечный домик в столице, Михаил чём-то деловито беседует с Марко в саду… вот уж не думала, что скажу это когда-то в своей жизни, но бабу Вангу мне будет очень не хватать…

Мы вернулись в дом Матеи, и продолжили сборы, завтра утром мы уедем из города.

Выехать стоило как можно раньше, чтобы проделать максимально большой отрезок пути до сумерек – у нас было слишком много дел в поместье, да и Милинка уже вся извелась, переживая, как там себя чувствуют её дети, которых мы оставили на попечении Эсфирь Соломоновны. Точнее говоря, как чувствует себя наша няня, на которую нерадивые родители спихнули своих кровиночек и отбыли на неопределённое время.

Что случилось дальше… не передать словами, скажу так: нам действительно пришлось проснуться достаточно рано. Посреди ночи к нам, в дом Матеи, прибежал один из наших попутчиков, фермеров, что мёдом торгуют. Он тарабанил в дверь, пока не открыли. Точнее не так, ему бы точно не открыли, если бы Марко не крикнул на дрожащего владельца постоялого двора.

- Поджог наших лотков, разбой, и люди говорят, будто бы… убийства… - последнее фермер произнёс почти шёпотом, и упал на стул, так как ноги его совсем не держали.

Марко кинулся в комнату и принялся судорожно пытаться что-то на себя надеть. Обратно появился буквально через минуту, он нацепил ботфорты и надел мою домашнюю кофту поверх своей ночной сорочки. Следом за ним появился Стефан в длинном плаще, из которого торчали кальсоны. Мы с Милинкой тоже вскинулись помочь, но Стефан сказал твёрдо: «Вы остаётесь здесь»!

Как это ни странно, ни я, ни даже его супруга решили не перечить Стефу.

Поджог, разбой и убийства! Я закуталась в шаль, села у порога и приготовилась ждать…

Глава 35

Глава 35

Действие, направленное ко вреду государственному,

али частному, должно быть пресечено и наказано

строжайше, без разбирательства пола и сословия.

Ежели вина будет доказана, то несть наказание

всенепременнейше, а преступника не жалеть и

не скорбеть, ибо это само по себе преступление великое."

"Выдержка из Устава Благочиния.