Госпожа Болотной Равнины 2

Для того, чтобы его положить, Лиза воспользовалась суповой тарелкой и серебряной ложкой из серебряного сервиза, который входил ещё в приданое тётушки Адрияны. Одним словом – ну зря она взяла эту ложку!

При первой же попытке отковырять мороженое, ложка взяла и погнулась! Непорядок! Тогда Лизавета выгнула её в другую сторону – лучше не стало… ложка была гнутой уже в две стороны. Беда-беда! Но ничего, Лиза положила её на место – ложка кардинально отличалась от своих товарок. Ясно, что надо было сделать! Следовало её выкинуть в окно кухни, что и было успешно проделано.

Немного позже, когда Лизавета прогуливалась на улице, она поняла, что весной, когда стает снег, ложка будет обнаружена, и тогда нашу новую кухарку запросто обвинят в краже или порче чужого имущества! Значит, ложку следовало выкинуть так далеко, что никто бы и не догадался! Поэтому ребёнок взял обоих волков, и отправился выкидывать ложку подальше, в сторону Гнилушек.

Миссия была выполнена с честью, но уже на обратном пути Лизавету поразила страшная догадка – если тётушка Адрияна пересчитает на ночь свои серебряные ложки (как будто она регулярно так поступала), то обнаружит недостачу ценности.

И вина снова ляжет на кухарку. Лизавета снова вернулась на ту полянку, где закопала ложку. Но на том месте была куча волчьих следов, и куда именно она выкинула злосчастную ложку, ребёнок не знал. На просьбы Лизы помочь, волки старались вовсю – таскали ей ветки всех форм и размеров. Ну не могли животные подумать, что «принесите мне такую… маленькую… искать…» означали нечто иное, кроме «принеси палку».

В результате эпопеи с ложкой, Элиза вернулась домой перед самым ужином, и гордо сказала тётушке Адрияны, что та может наказать ребёнка, как только ей вздумается! Лиза готова была пойти работать в медных рудниках за утрату ценности."

"А теперь она грустно сидела за партой и послушно слушала Эсфирь Соломоновну, которая читала ей правила домоводства:

- Ежели к вам в дом нечаянно нагрянули гости, а угостить их совершенно нечем, извольте приказать служанке спуститься в ледник, отрезать буженины кусок, да сыру опять же, всяческих колбас…

Я прошла мимо и думала о том, что, если мне было нечем угостить гостей, то их ждали плавленый сырок и банка шпрот!

Вот так, ни шатко, ни валко, прошла зима и наступила весна – время отдавать нашу кровиночку в Академию Благородных Девиц! Она сама и Милинка ждали момента поехать в столицу, так что я, хочешь-не хочешь, но вынуждена была собираться в город.