- Вы предлагаете мне окрашивание? Есть ли у меня надежда на то, что я смогла бы обойтись без такой крайности? – дело в том, что я много слышала о крайне вредных для волос и кожи средневековых притираний и косметических масках для лица. Стоит ли мне говорить о том, что я не планировала «погибнуть во цвете лет» от каких-то там белил со свинцом.
Судя по всему, моё недоверие было написано на лице аршинными буквами, поскольку уважаемый мосье скривился и презрительно сообщил мне о стопроцентной безопасности всех используемых ингредиентов для своих притирок.
- Я бесконечно гад, что вы пгиехали к нам из вашей дегевни для того, чтобы блистать. И я вижу свою задачу в том, чтобы сделать из вас истинную даму. Не далее, чем завтга в доме господ Альвег будет дан пгиём по случаю пгаздника. Там будут все сливки обсесттва. Но вы пгосто в самом запусенном виде, что мне лисезреть довелось. Молодой наследник Альвег просто не заметит вас. Сольётесь со сторами, каков позор! Немедля квасить!"
"Мосье жестом фокусника достал небольшую чашечку со странно пахнущей субстанцией.
Я невольно поёжилась: настолько было велико моё опасение остаться без волос. По – крайней мере, насколько я припоминала, то шансы на это были велики. Моё воображение уже вовсю рисовало мне настойки ослиной мочи, смешанной с почечным жиром пожилого барсука, и дроблёный янтарь, тринадцать дней настоянный с соломой ячменя. Ничего из подобных рецептов меня совершенно не устраивало. Даже несмотря на моё большое желание угодить тётушке.
«Куафер и космет», окончательно разочаровавшись во мне, как в клиентке, раскрыл мне секретный состав своей чудо – мази.
- Рецепт моей маман: чистотел, гепейник и самшит. Вагим и добавляем пепел виногада. Чудесная мазь.
Я призадумалась – вроде бы ничего особо опасного, корень чистотела не настолько ядовит, чтобы у меня был риск остаться лысой. Единственное, что меня немного смущало – тот самый «пепел виногада». Не толчёный, не отварной, а именно сожжёный. Значит, что выше речённый виногад – это не камень и не овощ.
Я немного отвлеклась от своих мыслей, пока моя буйная фантазия не довела меня до крайностей.
Тем временем, дорогой мосье уже вовсю возил кисточкой по моим волосам, довольно сообщая мне, что после того, как я побываю в его руках, мне не стыдно даже будет сделать предложение руки и сердца. И что кто знает – быть может, мною заинтересуется сам Филип Альвер! Наследник семьи Альвер и главы местного Дворянского Собрания.
