Во двор, опираясь на предложенную руку собственной невестки, вывалилась бабуся и презрительно надула щёки. На второй руке Божены болталась одна из наших корзинок. А в корзине обречённо сидела Жюли.
- Чего это у вас, милочка, работники на завалинке прохлаждаются? – проскрипела бабуся.
- Вот же раз! – дед Лука привстал со своим занятием с чурочки, огорчённо раскинув руки – Да када это я прохлаждавси? Да я, денно и нощно, в думах о прибылях господских мысли имею да вот – при работе и нонече – в качестве доказательства того, что он крайне ценный сотрудник, пенсионер тряс перед носом своей ровесницы будущей корзиной.
Совершенно очевидно, что никогда ранее госпожа Альвер не сталкивалась с подобной непочтительностью со стороны обслуживающего персонала. Я посмотрела на багровое лицо старухи и внесла поправку в ход собственных мыслей – вообще ни от кого эта достойная женщина не слышала подобных слов вольности. Сам Лука не видел ничего особенного в том, чтобы высказывать свои мысли, разбалованный нашей с Марко демократией.
-… да и вы изделие моё пользуете с успехом – ветеран указал на пристанище Жюли.
Услышав подобную ересь, бабка с размаху выхватила из рук несчастной Божены корзину, бедная собачонка, издав слабый «гав» вывалилась на землю, а милая старушка надела на голову нашего пожилого революционера собственное изделие. Дядюшке совершенно внезапно стало совсем нехорошо, и мне пришлось помочь ему добраться до кресла. Уже уходя со двора, я услышала громогласный рёв бабуси.
- Берём тебя замуж, Анька, и не сомневайся даже… и лиходея этого с собой прихвати, а то больно тоскливо мне бывает!
Глава 43
Глава 43
Он был совсем еще начинающим грабителем. Он направил пистолет на женщину и сказал:
— Руки вверх или…
— Что — или?
— Не сбивайте меня, это моя первая работа…
На звуки потасовки и бабкины вопли прибежал Марк с испуганными глазами."
"- Анна, ты в себе ли? Что ты сказала старухи Альвер, что у неё такой припадок случился, неужто собачку её оскорбила? – кузен ткнул пальцем в сторону тихо, под шумок уползающей Жюли.
Бедная животинка поджала лапки от страха, и по-пластунски передвигалась куда-то в сторону курятника. Мне пришлось оставить дядюшку на попечение Марко и отловить бедняжку Жюли. Усадив в гербовую карету Божену, громогласно орущую бабу Вангу и яростно сопротивляющуюся собачонку, а также почистив деда от остатков корзины, я дрожащими руками вытерла пот со лба.
