Но что ужаснуло меня, так это свежие следы крови на подстилке в углу комнаты. Впрочем, при ближайшем рассмотрении, я смог составить картинку…
Анна… смелая девушка. Пожалуй, я даже недооценивал ее.
Мы отправились по следу рассредоточились, а вскоре я услышал женский крик.
В темноте сложно было понять, что там, в овраге, но тут луна все же смилостивилась и подсветила картину происходящего.
Ярость застила мне глаза. Мир вокруг предстал в алых тонах.
Ублюдок не замечал меня до последнего. Был слишком увлечен, тварь.
Стрелять из ружья я не стал, побоялся в суматохе ранить девушку. Но снес его разом и принялся молотить по лицу до тех пор, пока костяшки кулаков не заныли. Кажется, он даже не понял, что произошло и почти сразу отрубился.
Мразь.
Ненавижу насильников.
Когда стало понятно, что ублюдок отключился, я заставил себя остановиться. Нельзя убивать его. Пришлось заставить руки расслабиться.
Я откинул с лица волосы. Кулаки саднило, но это была боль удовлетворния, да и она меня совершенно не беспокоила.
Что сейчас было важно, так это успокоить Анну. И отвести ее домой.
– Анна, – позвал я. Трава чуть в стороне зашелестела, я наконец заметил ее.
Бедняжка выбилась из сил, но все еще стремилась прочь.
Я осторожно ступил за ней следом. Наверняка, она сейчас с трудом понимает, что произошло. Я позвал ее снова, но она не реагировала.
Я был уже совсем рядом, осторожно склонился к ней, коснулся плеча.
Она вся сжалась, но в следующий миг дернулась, развернулась резко и ударила меня по руке.
Ее глаза, наконец, посмотрели в мои. И я понял, что разум ее затуманен.
Бедняжка натерпелась…
Такое ощущение, что я никого не могу сберечь.
– Анна, прошу вас, все хорошо, я не сделаю вам ничего дурного, – я старался говорить с ней мягко и тихо. Медленно протянул ей раскрытую ладонь, надеясь, что она не заметит кровь на сбитых костяшках.
Анна замерла, ее била крупная дрожь.
А в следующий миг, она подалась ко мне, вжалась в мою грудь, прячась, видимо, от всего мира.
Я инстинктивно обнял ее, невольно удивившись тому, какая она хрупкая, какие узкие у нее плечи… И как сильно она дрожит.
Пришлось разжать руки, хотя сама она продолжала хвататься за мою рубашку. Я стянул куртку и накинул ей на плечи.
Помог ей подняться. Осмотрелся.
На вершине оврага появились люди. Я махнул им рукой.
– Сюда!
Генри, Бэни, господин Ротчер и его люди, все они были здесь.
Я снова глянул вниз, на Анну. Видел сейчас лишь ее макушку.
