У кухни было всего две ступеньки. Я сумела преодолеть их, с трудом сгибая ставшие совершенно непослушными ноги. Крыльцо было защищено от ветра лишь с трёх сторон, но даже так стало немного теплее.
Окончательно воспрянув духом, я нащупала ручку входной двери и дёрнула за неё. Не поверив, дёрнула ещё раз. Она не поддалась.
Снова ощупав створку, я заледенела. Слёзы застыли на щеках. А надежда превратилась в прах.
На двери висел большой амбарный замок.
Глава 6
Как такое может быть? А где же Насья, наша кухарка? Она готовила в Дубках, сколько себя помню.
И обитала здесь же, во второй, жилой половине флигеля.
Что же случилось?"
"Может, Гилберт урезал им содержание, и вся прислуга перебралась в одно помещение, чтобы экономить дрова? Но это даже звучало нелогично, ведь лес у них под боком. А кухня – самый тёплый из флигелей. Так почему он закрыт на замок?!
Мои рассуждения зашли в тупик. А может, я просто окончательно замёрзла. Да и на самом краешке сознания шевелилась ужасная догадка. Настолько ужасная, что я отказывалась в неё верить.
Нет, в Дубках должны быть живые люди. Те, кто мне поможет, поддержит, с кем вместе мы проведём эту холодную и долгую зиму.
Ведь не могли же все они исчезнуть!
Не могли!
Нет!
Иначе и я исчезну, растворюсь в этой вьюжной морозной ночи. Нужно что-то делать. Причём немедленно. Решать – оставаться здесь и ждать, когда вернётся Насья, или же проверить другие флигели. Должны же где-то найтись люди.
Здравый смысл подсказывал, что не стоит бродить по усадьбе – бесполезно.
Но в моём положении сдаться означало – умереть. И я решила проверить людскую, она всегда была полна народа. Да и располагалась недалеко, на другой стороне усадьбы, напротив кухни.
Когда-то я преодолевала это расстояние за считанные мгновения. Но сейчас – в кромешной тьме, по колено в снегу… Эта мысль уже не казалась такой удачной. К тому же у меня не было уверенности, что в людской кто-то есть.
Страшная догадка принимала всё более реальные очертания. Похоже, усадьба пуста. Здесь нет никого, кто бы помог мне.
Я одна на многие вёрсты вокруг. И до весны никто не сможет преодолеть перевал. А значит, всё было напрасно. Я всё равно умру этой ночью.
Словно ответом на мои горькие мысли со стороны леса завыл волк. Ему тут же ответили товарищи. Вой был гораздо ближе, едва ли половина расстояния между опушкой и усадьбой. Они почуяли меня и идут сюда.
Ну вот и всё. Это конец.
Истерика накатывала волнами, грозя утопить меня в океане ужаса и боли.
