И пока готовилась моя купальня, я решила сварить кашу. Сразу после мытья и поем. Тем более у меня как раз крупа уже перебрана и промыта. Хорошо, что на потом оставила. Вот какая я умница. Уже не живу одним днём, научилась думать о будущем.
Достала из буфета миску, открыла крышку и уже приготовилась высыпать крупу в закипевшую воду. Вот только с ней что-то было не так. Бледно-серого цвета, разбухшая в половину миски, крупа издавала неприятный кислый запах.
Я точно помнила, что в первый раз такого не было. Из ларя я достала её сухой, а потом промывала.
Наверное, зря. И что же теперь делать?
Запах отбивал всякий аппетит. Но пока другой еды у меня не было. И после недолгих раздумий я решила – варить то, что есть.
К тому же на дне буфета обнаружилось немного соли. Может, с ней будет вкуснее? Я решительно выложила крупу в кипящую воду, посолила и размешала ложкой.
Но меня всё же одолевали сомнения. А когда через пару минут кислый запах от чугунка усилился и наполнил кухню, сомнения переросли в уверенность – вряд ли это съедобно.
Находиться с кашей в одном помещении оказалось совершенно невозможно. Пришлось вынести её на крыльцо. И после проветрить кухню.
О том, как буду это есть, думать не хотелось. Попозже подумаю, когда время придёт.
А пока мне предстояло решить, как вымыться без ванны.
Глава 10
Из крупной тары у меня был таз и два ведра. Поразмыслив, я прибавила к ним черпак. Пригодится.
Таз поставила на пол перед печью. Налила в него немного горячей воды, чтобы ноги не мёрзли. Потом подтащила оба табурета и взгромоздила на них вёдра.
А на краешке уместила кусочек мыла, замоченный в мисочке.
Неожиданно передо мной встал вопрос ещё более сложный. Как снять платья? Пуговки-то располагались на спине. С одеждой всегда помогали служанки. Мне и в голову не приходило, что без помощи я с этими платьями не управлюсь.
Ткань была плотной. Верхнее платье тяжёлым и узким в плечах. Почему я раньше не замечала, какую неудобную одежду ношу.
Покрутившись из стороны в сторону, я так и не сумела расстегнуть ни одной пуговки.
Зато запыхалась и вспотела. Будто два раза за дровами сходила.
И что мне делать?
Не могу же я вечно ходить в этих проклятых платьях!
Бросила последний, прощальный взгляд на дорогую ткань, которую я выбирала сама, когда мне это ещё позволялось, и решилась. Достала из ящика ножницы и начала резать. Сначала верхнее, затем нижнее. С тугим и плотным корсетом пришлось повозиться, пока не догадалась, что разрезать нужно только шнуровку.
