Госпожа императорского гарема

– Это и правда не моё дело. Прости.

- Ничего, ты капитан, тебе нужны было подробности того, что я ничего лишнего не натворила, и я это понимаю, - и я примирительно подняла свои руки.

- Спасибо, - выдохнул ирут, а потом вдруг спросил: - Вот прям такой хороший любовник попался? Понравилось?

- Буз! – ахнула я, а затем тихо ответила: - Очень. Таких у меня ещё не было. И, наверное, больше не будет.

- Почему? – как-то грустно посмотрел на меня капитан.

- Такие мужчины быстро находят себе пары, а если и ходят свободными, то стараются не подходить второй раз к той, с которой уже всё было, - констатировала я вполне себе ясные понятия.

- А я бы стал тебя искать, - попытался подбодрить меня друг, и было очень приятно.

- Спасибо, - поблагодарила его. Но хотела ли я сама, чтобы меня искали? Чтобы меня нашли?

Слишком неоднозначный был бы ответ.

- Думаю, нам стоит быть готовыми, что и на станции у Сарутуса нас могут задержать для проверки, когда будем принимать груз. Всё же не выходи с корабля, - чуть сменил тему Буз.

- Думаешь, что и там нас будут досматривать? – хотя это был скорее риторический вопрос. Если уж такая паника поднялась вокруг похищенной вещички у самого императора шаркарийцев, то думаю, что досматривать будут каждую деталь. И не только грузы, но и сами корабли.

Стены дрожали от музыки, гумандоиды и другие виды расслаблялись на танцполе, отдаваясь ритмам. За ними было интересно наблюдать, но присоединяться к ним я не спешила. После болезни я старалась сильно не нагружать тело, хотя врачи заверили, что не только спасли меня, но и сделали куда крепче и выносливее прежнего.

В месяц подготовки к новой жизни после станции спасения, но до работы на Буза, я всю себя отдала на изучение новых перспектив. Языки, немного традиций, небольшие усовершенствования для тебя, но без внедрения, только внешние: линзы в глаза для лучшего зрения, нанокраска на волосы для лёгкой смены образа, косметические процедуры для тела, чтобы убрать изъяны, вроде шрамов, веснушек или родинок, ну и лишней растительности – раз и навсегда.

И вот я в невероятно огромном количестве парсеков от Земли, а вокруг мало, что может похвастаться какой-то особенностью. Всё так похоже. Всё та же жизнь, ценности и стремления. Словно и не покидала родиной голубой шарик.

С грустью опрокинула в себя весь коктейль, не растягивая как до этого.