Госпожа императорского гарема

Они целовали и гладили, раздвигали, чтобы язык мог нежно толкнуться между ними и закружить у самой чувствительной точке. Кончик кружил вокруг, бился сверху вниз и справа налево. Он разогревал меня, подготавливал, дарил прекрасное утро перед трудным днём.

Палец одной из рук скользнул внутрь легко, потому что я уже была влажной. Протянув руку, я зарылась пальцами в волосы и прижала голову своего сладкого будильника ближе, получив в награду ещё один палец и щелчок языка по клитору.

Это заставило простонать открыто, не сдерживаясь.

Губы пропали, и следующий поцелуй я получила во внутреннюю часть бедра, что опалили жаром дыхания. А затем я услышала голос, хриплый и полный нужды:

- Прошу, моя госпожа, прикажите, - это был Дейлас. - Дозвольте.

- Де-е-ей, - простонала я, повиляв бёдрами. – Я хочу тебя.

- Слушаюсь и повинуюсь, моя императрица, - и снова поцеловал, но уже в животик ниже пупка, чтобы сразу же накрыть меня собой.

Его пальцы покинули моё нутро, но их быстро сменил более весомый аргумент, заполнив собой до конца.

Как же сладко!

Мужчина двигался мягко, нежно, осторожно. При этом пальцы не убрал далеко, они почти сразу легли на бугорок клитора и заплясали на нём, пуская искорки наслаждения по телу, вырывая стоны и вскрики.

- Моя госпожа, моя императрица, моя прекрасная звезда, - шептал Дейлас, обдавая жаром шею и припадая к ней. Он целовал, прикусывал, зализывал укусы. Не только шею, но и ключицы, грудь, плечи. – Моя. А я твой. Весь твой. Прикажи - и я исполню, попроси - и я подарю, преподнесу.

Он столько нежностей шептал, словно сладостей, и мягко подводил меня к пику. И дал провалиться в него, продлевая своими толчками эту сладкую агонию.

- Позволь, - исступлённо шептал, просил, умолял. И ускорился, словно почувствовал, что так можно довести меня до нового оргазма. А когда я была уже на грани, что простонала, схватив его за лицо и заглянув в глаза:

- Как прикажет моя госпожа, - и поцеловал жадно, глубоко, выпивая мой отчаянный вскрик.

Дав мне понежиться после такого бурного доброго утра, сделав мне массаж, чтобы мышцы не болели, Дейлас поднял меня на руки и унёс в ванную, где омыл так тщательно.

А потом помог кончить ещё раз, но лишь языком и пальцами, не решаясь просить о большом снова. Сам себя довёл до конца, пока возносил меня.

А омыв снова, помог вернуться в комнату, где нас уже ждал Райгран вместе с подготовленным на сегодня платьем, бельём и уже знакомой мне накидкой. Даже украшения принесли, пока мы принимали душ.