– Не хмурься, тебе не идет!
Он подхватил ее на руки и легко подбросил вверх:
– Киска моя, ты самая лучшая, ты это знаешь? Я люблю тебя.
Марина не знала, ждал ли он от нее таких же слов или нет, но, как всегда, промолчала, не желая обманывать ни его, ни себя – только одному человеку в этом мире она их говорила по сто раз на день, только к одномуединственному испытывала такие чувства…
Идиллию прервал Розан, поднявшийся в кабинет и с порога заблаживший:
– Нет, ну ты глянь! Я все дела бросил, гнал сюда, как идиот, а они за любовь разговаривают, голуби хреновы! Вам что, свидетели нужны?
– За базаром следи! – рыкнул Хохол, осторожно опуская Марину на пол.
– С кем разговариваешь?
– Ой, зарамсил сразу! – ехидно улыбнулся Серега, но от греха отошел на безопасное расстояние. – Пошутить нельзя! Марина, чего звала-то?
– Сейчас Бурый приедет, не хочу один на один с ним общаться. – Коваль поправила волосы и пошла вниз, жестом велев всем присоединяться. – Там стряслось что-то у него.
– Да ты глянь, что в городе-то делается, я извелся весь, думаю, как бы с тобой-то чего не произошло.
– Розан спускался вслед за ней.
Бурый задерживался, а может, нарочно тянул время, чтобы заставить понервничать Марину и ее окружение. Розан, чувствуя, что она вот-вот взорвется, принялся травить какие-то байки, но Коваль даже не слышала, что именно он говорит. Ее мучило другое… Если ее догадка насчет причины визита Бурого верна, то возникал следующий вопрос: а что же именно он потребует, о чем собирается разговаривать? Не попытается ли воспользоваться Мариной, чтобы разрулить ситуацию?
Хохол, покусывая ногти, наблюдал за ней из противоположного угла просторной гостиной.
Маринина нервозность передалась и ему, но Женька старался удержаться и не подлить масла в огонь. Ему тоже было непонятно, чего именно может хотеть Бурый. Ведь, по большому счету, именно его людей прореживали сейчас, и надо бы ему сосредоточиться как раз на этой проблеме. И вообще – не проще ли собрать всех бригадиров и решить вопрос сообща? Строгач, покойник, поступил бы именно так…
Несколько раз неслышно входила Даша, меняла пепельницу и кофейные чашки, украдкой бросала взгляд на озабоченного Серегу и снова удалялась к себе в кухню.
Не меньше часа прошло в тягостном ожидании, когда наконец ввалился Бурый вместе со своим телохранителем Друяном. Парень замер у двери, а ""смотрящий"", покачиваясь, двинулся прямиком к столу.
– Здорово, честна компания! – Бурый плюхнулся в кресло, тяжело дыша.
