Госпожа управляющая

– Как-как? – подала я голос, шустро переодеваясь за спиной Аркадия.

Он такой огромный, что спрятаться за ним мне ничего не стоило. Нужно ведь избавиться от мокрого белья, прежде чем надеть сухую одежду.

– Приёмники вне потока, – терпеливо повторил последнюю фразу Аркадий. – Ты приёмник, ты принимаешь и считываешь информационные потоки, но сама существуешь вне их.

– Но ты понял это только сейчас? Когда я тебя пробудила, ты ни слова не сказал о том, что я приёмник.

– Я был замедленным. Потребовалось время, – невозмутимо пояснил Аркадий.

Одевшись, я обогнула его и снова подошла к кромке воды. Мокрое бельё, стыдливо свернув, держала в руке.

Флавио окинул меня быстрым взглядом, оценил мокрые волосы, которые я скрутила в пучок, и вытянул вперёд руку с тонкими перепонками между пальцев.

Я от неожиданности шарахнулась в сторону. Мало ли что у этих существ в голове? Но Флавио как-то хитро шевельнул пальцами, скрутил фигулину, и от моей головы повалил пар.

Взвизгнув, я схватилась за… абсолютно сухие волосы.

А точно такой же пар уже шёл от свернутого белья.

– А что, так можно было?! – воскликнула я. – А зачем же я тогда переодевалась?

Русал пожал плечами и обменялся взглядами с цейлином и драконом.

– Тебе стоило попросить, раз ты сама не владеешь магией воды, – осторожно произнёс он.

– Ну откуда я могла знать? – с досадой махнула я рукой.

Повертела высушенное бельё, но решила, что снова идти переодеваться как-то глупо. Поэтому, присев у корзинки с припасами, запихала его сбоку, а кое-что из взятых с собой продуктов вынула и жестом предложила самцам столь разных видов угощаться.

– Я употребляю в пищу лишь то, что живет в воде, – вежливо отказался Флавио.

– А мне этого не хватит, даже чтобы распробовать вкус, – скосил глаз на предложенное Аркадий. – И я бы предпочёл целого барана или молодого бычка. Но полечу охотиться позднее.

Пожав плечами, я вгрызлась в францбрётхен[5] с марципаном.

А едва я успела проглотить последний кусочек, как рядом с болтающимся в вертикальном положении русалом медленно вспучилась огромным пузырём вода.

Причём беззвучно, словно в кино с выключенным звуком. Ещё несколько мгновений назад река неторопливо несла свои воды течением, и вдруг, вопреки всем законам физики, поднялся над её поверхностью сверкающий на солнце здоровенный водный шар. Ещё миг, и этот шар лопнул, окатив сидящего на самом краю берега Ориэля и забрызгав морду дракона.