Госпожа злодейка против!

Она разбила шкатулку с драгоценностями и свой любимый чайный сервиз. Осколки, кипяток, заливающий ковёр… Её гнев был бессловесным, будто она хотела, но не могла вымолвить ни звука. Но самое страшное: её лицо в тот момент. Такое… Искаженное, пугающее, ненавидящее.

Я привык видеть её другой. Привык, что она идеальная королева и любящая мама. Но в тот день меня впервые испугала эта разительная перемена.

Я… Я решил, что в мою мать вселился монстр. Просто принял её облик, чтобы напугать меня. А потом появился Он.

Нас познакомили официально во дворце, под любопытными глазами придворных. Отец безразлично вздохнул и вымолвил:

— Это твой старший брат – Седрик.

Тогда я был удивлён. Брат? Но он тогда должен был родиться у моей мамы, разве нет?

Я тогда не знал, что значит «супружеская измена» и просто вопросительно посмотрел на королеву. Её губы сжались в тонкую, белую полосу. Совершенно растерявшись, я взглянул на Седрика.

Ядовитые зелёные глаза. Такие яркие, что от них становилось не по себе.

— А ты точно мой брат? – пробормотал я удивлённо, разглядывая его, как пришельца.

Губы мальчика растянулись в широкой улыбке…

— Нет. Не думаю.

В тот момент я окончательно растерялся и не заметил, что смотрел он не на меня. Он смотрел на королеву.

Потом, кажется… Я не видел его долгое время. Иногда мне хотелось поиграть со сверстником, но всякий раз, когда я собирался попросить об этом маму, слова просто застревали в горле.

Здравый смысл твердил, что это очень, очень плохая идея.

Она заговорила о Нём со мной лишь раз.

—… Он не твой брат и никогда им не станет. Запомни это, Дарий.

Мне оставалось лишь кивнуть.

Странный пришелец, впрочем… Не выходил у меня из головы.  Мне объяснили, что значит «бастард» уже потом.

Когда этот пришелец начал захватывать чужие умы.  В то время от меня требовали всё большего и я, если честно, неумолимо перегорал.

Этого добился.

Я правда не понимал: как у него получается? Он человек, или кто?

Мне ответили: нет, он не человек, он плод супружеской измены твоего отца.

И эта мысль ядовитым корнем проросла сквозь сознание. Подсознательно я ненавидел папу в тот момент. И не поменял своё мнение в дальнейшем.

Но, если честно, я не был столь зол, когда место кронпринца отдали Седрику.