И хорошо! Гале требовалось освежиться, успокоиться и обязательно – на первом свидании! – выказать себя в лучшем свете. Он с ужасом понимал, что лучшим светом не обладает. Он вообще заурядный дебил, ничтожество и олух. Разве может он заинтересовать такую прелестницу, как Таня!
Галя поднял лицо, повернулся к девушке. Галя, конечно, не плакал, но лицо было мокрым, красным и слегка поцарапанным.
Таня почему-то смутилась. Гале было невдомек, что никто и никогда на нее так не смотрел. Таня вообще не предполагала, что кто-то на кого-то может так смотреть.
Таня принялась стягивать перчатки. Правая не поддавалась, Таня захватила средний палец зубами и сдернула перчатку. Левую так же – зубами. Потом одна рука нырнула в рукав другой, и на свет появился платочек.
– На, вытрись.
Все эти манипуляции, особенно одна рука, ищущая под рукавом шубки и кофточки платочек, показались Гале настолько трогательными и, черт побери, эротичными, что он едва не принялся снова умываться в сугробе. Во всех оставшихся редких сугробах.
– Хватит, уже все нормально, – протянула руку за платочком Таня.
– Нет, – помотал головой Галя и спрятал платочек в кармане. – Я его выстираю, накрахмалю и вышью гладью свою монограмму.
– Ты умеешь вышивать? – удивилась Таня.
– Для тебя? Научусь!
«Какая пошлость! – подумал Галя. – Сейчас она презрительно скривится и пошлет меня».
– Да? – польщенно улыбнулась Таня. – А что ты еще для меня можешь сделать?
– Дай подумать. Все девушки ждут рыцаря на белом коне. Можно устроить.
Коня достать не проблема, приятель конюхом работает. Только, кажется, белой масти лошадей у них нет. Согласится ли покрасить коня? А костюм рыцаря вообще не проблема.
– Не вздумай! – испугалась Таня. – Еще не хватало, чтобы ты здесь гарцевал на крашеном коне.
– Как скажешь, – пожал плечами Галя и понял, что его шансы не такие уж блеклые.
Никакого приятеля конюха у него не имелось, он, Галя, из кожи бы вылез, но раздобыл коня и перекрасил.
Они вошли в Танин двор, она показала на дверь своего подъезда.
Мол, я пришла, надо прощаться. Расстаться так быстро? Пришвартованные лодки потянулись на детскую площадку к скамейке. Заговорили о детском лагере. Таня не помнила Васю. Не знала, что он за нее дрался с конопатым рыжим Жиртрестом и шклявым Селедкой. Жиртреста и Селедку она помнила. Потом она спросила про его друзей, их странные клички. Галя рассказывал легко, свободно и долго. О друзьях он мог говорить бесконечно. Таня пожалела, что спросила.
