Гостья из другого мира

 Две маленькие девочки, неожиданно для самих себя, поняли, что на самом деле они — счастливые дети, а не наоборот, как считали до этого.

Шёл урок литературы, которую во всех классах, от первого до одиннадцатого, преподавала директор детского дома, Ольга Николаевна, невысокая, худенькая женщина с аккуратной причёской каре и строгим стальным взглядом. Директор очень любила и детей, и свой предмет, а на уроке рассказала об американской писательнице Элинор Поттер и её замечательных книгах о Поллианне.

Кате тогда было десять лет.

Сложная судьба маленькой сиротки не оставила двух маленьких подруг равнодушными. С тех пор книга о Поллианне стала настольной книгой и руководством к действию самим находить в жизни радость.

Сотрудникам детского дома и самой Ольге Николаевне едва хватало времени и сил следить за тем, чтобы дети были накормлены, одеты и здоровы, а радовать их… у них это получалось довольно редко — на Новый год, например, или на чей-то день рождения.

«Жаль, что книга осталась в другом мире.

Маленький лорд Червинг с ожиданием уставился на старшую сестру, а та недовольно покосилась на Артура, делающего вид, что читает учебник по боевой магии.

Вот, приперся на её голову!

Некоторое время назад старший брат поймал младшего на серьёзнейшем преступлении — тот пытался тайно пронести в комнату Кати молоко с хлебом.

Николас убеждал брата, что еду несёт для себя, чтобы перекусить перед сном, но Артур не поверил: когда это Ники любил еду бедняков? И когда он самостоятельно ходил за ней на кухню? Почему не вызвал лакея или горничную и не приказал им принести в комнату любимое сахарное печенье и чай из горных трав с мёдом?

Боевой маг быстро сообразил, кого Николас решил накормить, кого пожалел — Кэтрин, которую сегодня лишили ужина, и которая после того, как немного сошла с ума, могла полюбить и молоко с хлебом.

В то же время Артур был искренне поражён: раньше капризный и избалованный Ники ни о ком не заботился. Прежнюю Кэтрин брат гонял похлеще леди Червинг, вечно придирающейся к тихой послушной дочери, которая излишней покладистостью и скромным нравом раздражала миледи.

— Вылитый отец! Такая же никчемная! — сквозь зубы иногда цедила миледи.