Гостья из другого мира

— Кэтрин, зачем ты это сделала? — леди Червинг изящно присела в кресло напротив девушки, застывшей спиной к ней неподвижной статуей у открытого окна, и вопросительно посмотрела на обернувшуюся дочь.

— Мама, он назвал меня неадекватной, — хмуро ответила Катя. — Вы просто не услышали. И мне захотелось сделать что-то такое, от чего… это его спесивое выражение на лице изменится.

— Спесивое выражение? — устало повторила герцогиня с укором во взгляде. — Кэтрин, я не узнаю тебя в последнее время. Твоя речь, твоё поведение, твои поступки, — миледи взглянула на чёлку дочери и выразительно вздохнула, — настораживают меня, дорогая.

Господин Бэлимор, один из сильнейших тёмных магов империи, убедил нас, что Мрак не овладел твоим разумом, а лишь прикоснулся к нему. Но сегодня даже я на миг решила, что он солгал и что в тебе поселилась тьма.

Катя закусила губу. Она уже и сама поняла, что переборщила со своим спектаклем. Но кто же знал, что всё так закончится?! На Земле они с девчонками любили так шутить и пугать друг друга.

— Ты можешь оказаться в тюрьме для опасных магов. Ты понимаешь это? Понимаешь всю серьёзность ситуации? Магический контроль может заинтересоваться тобой. Сегодня даже всегда сдержанный Ричард собрался запустить в тебя магический огонь… Его руку удержал Артур. С трудом.

Катя в полнейшем изумлении уставилась на миледи Червинг. Её, что, чуть не убил отчим? Тоже решил, что в неё вселилась эта… тьма? И что, вообще, за тьма такая? Связана с Мраком, которого здесь все так боятся?

Катя почувствовала, как тело покрылось мурашками ужаса, а следом — холодным потом.

Попав в семью Червингов, она сначала с трудом привыкала к новой жизни, но теперь, спустя почти месяц, уже достаточно освоилась в своём маленьком мирке на одной половине замка. И только сейчас поняла, что её не выпускают из замка, потому что действительно оберегают от опасного незнакомого мира, к встрече с которым она, оказывается, совершенно не готова.

Это у себя в детском доме она жила по правилу: обидели — покажи, что тебя нельзя обижать.

Причём сразу. Любым способом, хорошим или плохим. Иначе потом тебя сожрут. И Ольга Николаевна не поможет. Здесь же так нельзя, нужно быть осторожной и более внимательной. Просто она забылась, потому что до Макса Дарвига никто её здесь не обижал.

— По твоему выражению лица я вижу, что ты осознала весь ужас своего поступка. Его сиятельство герцог просил меня серьёзно поговорить с тобой, а сам провёл беседу с лордом Дарвигом, господином Бэлимором и Артуром.