Гостья лесного князя. Падение с небес. Том 1

В конце мая папа всеми вечерами просиживал в своём кабинете то один, то попеременно вызывал каких- то своих служащих.

– Пап, что-то случилось? – Я зашла в его рабочий кабинет перед сном в тот момент, когда была уверенна, что именно сейчас никого нет из посторонних, и своим присутствием точно не помешаю ему.

– Что ты, – он тут же прикрыл толстую тетрадь и устало откинулся на спинку массивного дубового стула. Морщинка, залёгшая между бровей, в последнее время стала глубже, и, кажется, прибавилось седины.

– Ярослава, ведь я уже не молод, – отозвался отец с грустной улыбкой, значит, последние мысли я произнесла вслух.

 – И седина, как говорят, украшают мужчину.

– Украшают, – отозвалась я и, придвинув свободный стул, прижалась к отцу, словно на диване. – Пап, а хочешь, я буду жить с тобой тут, а Даниэля навещать. Когда он уедет работать за границу.

– Не вздумай это сказать своему жениху, – рассмеялся отец и вытер рукой набежавшие слёзы. – Не поймёт.

Неужели я сказала глупость? Похоже, что да.

А может, у него глаза слезятся от усталости, а не от моих наивных слов?

– Нет, Ярослава, ты будешь ко мне приезжать, да и я, сама знаешь, иногда мотаюсь за границу. Будем видеться, и писать друг другу часто, как только сможем. Кстати, через неделю меня отправляют с делегацией в Аравию.

– Надолго? – мне очень не нравилась чрезмерная усталость отца, пусть теперь она стала вполне понятна. Он всегда готовился перед поездкой, а ещё и эта сложная напряженная обстановка между нашими государствами.

– Примерно на месяц. Ты не волнуйся, я уже общался с Гринвичами, заботы о проведении свадьбы они в связи с этим берут на себя. Чек на внушительную сумму я уже подписал.

– Я совсем не об этом, пап, – я смотрела в родные глаза, и слова застряли в горле. Отец всегда слыл отличным дипломатом, но его услугами наш император пользовался в исключительных случаях, когда конфликт между государствами грозил перерасти в нечто большее. – Между Тарсманий и Аравией будет война?

– Нет, что ты, – голос папы был твёрд, но мне ли не знать его! Он не просто искусный дипломат, он ещё и мой отец, а потому я подсознательно чувствовала: не всё так просто.

 – У нас действительно есть проблемы и большие, взращенные на многовековом недопонимании, но это всё решаемо, – он прижал мою голову к своему плечу и поцеловал в макушку. – Эх, дочка, как же я рад, что ты у меня есть.

– И я, – промямлила в ответ и пустила слезу, уткнувшись в отцовское плечо.