Гостья лесного князя. Падение с небес. Том 1

Но ради этого не надо придумывать беременность, – Дан замолчал, а потом тихо добавил, – потому что она могла наступить, но только не от меня.

Боль и горечь сквозили в его голосе, но не меньшим эхом оно отдалось во мне. Он считает, что я сейчас была нечестна?

– Убери руки! И никогда, слышишь, никогда больше не прикасайся ко мне! – прошептала я, осознавая, в чём именно он обвинил сейчас меня.

В том, что обманом хочу выйти за него замуж?

Что хочу "повесить" (слово, опять же подслушанное у прислуги) на него ребёнка?

Даниэль убрал руки, но в его глазах уже не светилась ни любовь, ни желание.

– Даниэль Гринвич, – мой голос, надеюсь, был достаточно твёрд, чтобы донести до мужчины весь смысл, – я освобождаю Вас от всех обязательств по поводу нашей свадьбы и всех иных последствий, будь то беременность или мои личные переживания. И пусть Вы в этом не нуждаетесь и дали мне о том понять, только что.

– Нет, Ярослава, – сказал, словно выплюнул, он.

– А если что-то возникнет в материальном плане, то я в курсе, что мой папа выписал чек, покрывающий большую часть расходов, надеюсь, этого Вам хватит, чтобы залатать денежные издержки.

– Хорошо, – не равнодушие, а какая- то апатия охватили меня, но я продолжала, – у меня тоже нет претензий. Дальше. Надеюсь, после нашего расставания никаких повторных возобновлений отношений с Вашей стороны не последует?

– Нет, – прошипел Даниэль, – если только ты очень захочешь и попросишь, стать моей, как ты назвала содержанкой.

– Всего доброго, – я проигнорировала последние слова Даниэля, думая лишь об одном – поскорее покинуть это дурное место.

Никто меня не задержал, никто не окрикнул со словами "Погоди, мы ещё не всё выяснили".

Как раз только что всё и выяснили.

Мы с Марфой покидали этот дом из камня, пронизанный холодом сердец обитателей. Вдалеке показался Льюис Гринвич, мчащийся с кем- то галопом, но, к счастью, наши пути не пересекались.

И я не думаю, что он был бы рад видеть Ярославу Огарёву рядом с собой.

Но и я не дешевле, не желала здороваться с тем, кто отныне навсегда будет ассоциироваться пусть не с предателями, но с гнилыми людьми точно.

Примерно в полночь нас подвезли до проулка, что вёл в сторону дома полковника.

Никогда в это время не путешествовала ни одна, ни вместе с горничной.