Итак, если республика не хочет создавать у себя поводов для неблагодарности, пусть подражает Риму; и если ее гражданин хочет избежать этой напасти, пусть поступает подобно римлянам.
Глава XXXI
О том, что римские полководцы никогда не подвергались чрезмерным наказаниям из-за допущенной ими оплошности; равным снисхождением пользовались они и тогда, когда по неведению или вследствие дурного выбора наносили ущерб республике
Римляне не только, как мы говорили выше, превосходили своим уважением к заслугам другие республики, но были намного осторожней и снисходительней при наказании своих военачальников.
Если ошибка допускалась злонамеренно, кара бывала милосердной; если же по неведению – то ее и вовсе заменяли наградой или почестями. Такие меры были хорошо рассчитаны; римляне придавали большое значение тому, чтобы дух их полководцев не был ничем стеснен или угнетен и чтобы никакие посторонние соображения не влияли на их решения; к чему обременять трудное и опасное ремесло другими трудностями и опасностями, ведь тогда с ним не справится никакая доблесть.
К примеру, римское войско отправлялось в Грецию против Филиппа Македонского, в Италию против Ганнибала или против тех народов, которых они победили раньше. Серьезные и важные дела, связанные с такими походами, доставляли возглавлявшему их командиру множество хлопот. Если бы к ним добавились еще воспоминания о том, что неудачников приговаривали к распятию или другой казни, то римские полководцы, ввиду стольких опасений, не могли бы действовать решительно.
Однако их сограждане считали, что позор поражения является достаточным наказанием для проигравшего, и не желали устрашать его другой карой.
Можно привести случай, когда оплошность не была невольной. Командующие в лагере под Вейями, Сергий и Виргиний, возглавляли каждый свою часть войска; Сергий со стороны ожидаемого нападения тосканцев, а Виргиний – с другой стороны. Вышло так, что когда Сергия атаковали фалиски и другие племена, то прежде чем послать за помощью к Виргинию, он довел дело до разгрома и бегства.
Тот, в свою очередь, в ожидании его унижения, предпочел снести поругание отечества и погубить войско, вместо того чтобы прийти Сергию на помощь. Случай поистине прискорбный и примечательный, и он говорил бы не в пользу Римской республики, если бы оба провинившиеся не были наказаны. Но в другой республике им пришлось бы поплатиться головой, здесь же дело обошлось денежным штрафом.
