Прежние их победы при этом не помогают, потому что память о них стирает теперешнее поражение, как и произошло с нашим Антонио Джакомини, который, обманув ожидания народа и не взяв Пизу, вызвал такое народное недовольство, что, невзирая на все его былые достижения, остался в живых только благодаря снисхождению лиц, стоявших у власти, ибо у народа не осталось никакого сочувствия.
Глава LIV
Сколь весомо слово почтенного мужа для усмирения возбужденной толпы
Второе примечание к тексту, изложенному в предыдущей главе, состоит в том, что наилучшее средство, дабы утихомирить разъяренную толпу, – это воздействие на нее какого-либо влиятельного и уважаемого человека; не случайно Вергилий говорит: «Tum pietate gravem ac meritis si forte virum quem conspexere, silent, arrectisque auribus adstant» [27] .
Поэтому начальствующий над каким-либо войском или в каком-либо городе, где возникают беспорядки, должен выказать перед народом как можно больше снисхождения и достоинства, окружив себя всеми знаками своего высокого звания, внушающими уважение.
Несколько лет тому назад Флоренция разделилась на два лагеря, Монашествующих и Озлобленных; дело дошло до вооруженного столкновения, и в нем потерпела поражение первая из партий, к которой принадлежал Паолоантонио Содерини, который в те времена пользовался большим уважением в городе. Во время волнений вооруженные люди ворвались в его дом с целью грабежа, а там случайно находился брат хозяина, в ту пору епископ Вольтерры, а ныне кардинал мессер Франческо.
Услышав шум и увидев толпу, он надел самую богатую одежду, поверх облачился в епископские ризы, вышел навстречу нападающим и остановил их своим видом, а также речами; разговор об этом событии долгое время не прекращался в городе. Итак, я заключаю, что нет ничего более надежного и полезного для усмирения возбужденной толпы, чем появление человека, который выглядит и держится с достоинством.
Из вышеприведенного места видно, с каким упорством римский плебс настаивал на принятии решения о походе в Вейи, ибо считал его выгодным и не видел скрытого за ним вреда, и вызванные этим беспорядки вылились бы в великую смуту, если бы Сенат с помощью достоуважаемых и имеющих вес людей не укротил это неистовство.
