Если гражданин понес наказание по закону, даже незаслуженно, это не вызовет смуты в республике, потому что здесь не будут замешаны частные или посторонние силы, способные погубить свободу; гражданские же средства и процедуры, не переходящие определенных границ, никогда не будут угрожать республиканскому устройству. Если это мнение нужно подкрепить примерами, я думаю, из древних мне будет достаточно сослаться на случай с Кориоланом, из которого каждому видно, сколь пагубной для Римской республики могла быть самовольная расправа с ним: это была бы обида, нанесенная частному лицу частными же лицами, она породила бы страх, страх нуждается в защите, для защиты требуются сторонники, из которых потом создаются партии, а партии губят республики.
Но в данном случае разбирательство пошло законным путем, благодаря чему были устранены все опасности, грозившие при самовольном выступлении.
В наше время мы были свидетелями перемен, происшедших во Флорентийской республике из-за того, что массы не могли законным путем излить свой гнев против одного из граждан; это случилось, когда Франческо Валори стоял во главе государства; многие считали его человеком властолюбивым и готовым своими дерзкими решительными поступками нарушить гражданский порядок.
Поскольку противостоять ему можно было, только создав враждебную партию, его сторонники, в ожидании таких недозволенных действий, стали готовиться к защите; с другой стороны, противники его, не имея другого выхода, обратились к незаконным средствам, и дело дошло до вооруженных столкновений.
Если бы можно было законным путем устранить его с политической сцены, то ущерб был бы нанесен ему одному, но когда речь зашла о перевороте, убытки понесли и многие другие знатные граждане. Для подкрепления такого вывода можно еще привести случай, происшедший во Флоренции с Пьеро Содерини, вследствие того, что в этой республике не было принято выступать с обвинениями против влиятельных граждан. Ведь обличить такого человека перед Восемью судьями при республиканском правлении недостаточно; необходимо множество судей, ибо меньшинство всегда поступает так, как присуще меньшинству.
И если бы такая возможность существовала, граждане обвинили бы правителя, когда бы он того заслуживал, и таким образом, не обращаясь за помощью к испанскому войску, дали выход своему негодованию; если же он этого не заслуживал, они не посмели бы выступить против него, в свою очередь, опасаясь наказания, и так угасли бы взаимные подозрения, породившие смуту.
