Государь (СИ)

Удивилась, задумалась и не очень уверенным тоном предположила:

— Может, это тебе батюшка пожаловал вместо земель того противного графа Глебовича?

Оживший серебряный колоколец на стене близ дверей в очередной раз помешал обсудить интересный вопрос: встретив Василия Старицкого легкой приветственной улыбкой, временная хозяйка великокняжеского Кабинета усадила троюродного брата за стол и раскатала перед ним письмо от родного братца Вани. Не забыв ограничить доступное для чтения место двумя пока еще не разобранными укладками из канцелярии подскарбия Воловича.

— Описание битвы при Молодях.

Посветлев ликом, молодой князь уткнулся глазами в неровные строчки и на время полностью выпал из действительности, пропустив явление боярыни-пестуньи Анастасии свет Дмитриевны, за которой, потупив глазки, в государевы покои зашли две ее воспитанницы. Когда под нос Василия подсунули чашку с ароматным напитком, он машинально отхлебнул бодряще-горьковатого кофе и щедро черпанул шоколада с орешками, придя в себя от звуков девичьего смеха.

С серьезным лицом и настоящими чертенятами в глазах, пятнадцатилетняя хозяйка забрала одно письмо и раскатала на столе второе — вот только укладки положила так, что виден был лишь маленький кусочек плотной белой бумаги. Но и того хватило с лихвой: прочитав, что двоюродный дядя может разрешить племяннику повести под венец девицу Бутурлину, князь Старицкий неожиданно для всех заалел ушами. Да так ярко! Впрочем, сам он отнес это на счет выпитого кофе, раз за разом скользя глазами по доброй весточке; единственно, что огорчало Василия, так это отсутствие избранницы у государя Димитрия Иоанновича.

По давней традиции московских рюриковичей, первым всегда женился наследник трона, и уж потом начиналась волна свадеб у остальных ближних царских родичей: появился этот обычай не на пустом месте, а после прежних кровопролитных свар за трон Великих князей Московских. Потому и обойти его было… Ну, разве что по прямому дозволению Великого государя Иоанна Васильевича? Либо уговорив государя-ровесника поскорее присмотреть себе красавицу-жену. Нет, дядя и так проявил большую милость, позволив сочетаться царской крови с худородными Бутурлиными; так что оставалось положиться на хорошие отношения с троюродным братом Димитрием…

Освободившись из плена сладких мечтаний, князь удивленно качнул в руки полной чашкой, хотя вроде бы помнил, что испил ее до дна — и наконец-то обратил внимание на свое окружение.