Говорят, под Новый Год что ни пожелается… (СИ)

Я для Сеньки что-нибудь придумаю.

Вот так! Значит, он сейчас должен трусливо, огородами, свалить, а потом щемиться по углам от пацана, поскольку ему в глаза будет стыдно посмотреть.

Мальчишка уже топал назад, и на лице хозяйки проступило обреченное выражение.

— Сеня, понимаешь, это не наша ёлка. Это дядина ёлка. А у нас есть своя.

— Но она же маленькая! — выдвинул встречный аргумент Сеня, и его губы предательски задрожали.

— Конечно, я помогу поставить ёлку, — неожиданно для себя заявил Макс. И под ошарашенным взглядом девушки добавил: — Если мама не будет против.

Хозяйка тут же извлекла из ситуации двойную выгоду:

— Мама не будет против при условии, что ты сейчас же уберешься в комнате.

Арсения ветром сдуло, а хозяйка, отводя глаза, тихо затараторила:

— Мне так неудобно, вы даже не представляете! Вы, наверное, подумали, что я нарочно. А я нечаянно! — Любой, кто бы видел, как она тискала своего пацана, даже бы не сомневался в этом. Либо девушка заслуживала Оскара. Сразу двух. — Я ничего такого не планировала.

— Кто? — спросил Максим, теряя нить разговора.

— Да Сенька.

— Он у вас в школу уже ходит?

— Если бы! Ему пять лет всего.

— Так. А причем тут письмо?

— Ой, вы, наверное, торопитесь, — вдруг сообразила девушка. — А я вас тут задерживаю. Вас, наверное, ждут?

— Никто меня не ждет, если честно. Я собирался Новый Год в одиночестве встречать, так что никуда я не спешу. И елку я просто так взял.

— Я вам отдам денежку, вы не беспокойтесь. — Девушка полезла в карман за кошельком. — Сколько я вам должна?

— Давайте, лучше я вам ёлку, а вы меня ужином накормите? — вдруг обнаглел Макс.

— Да у нас ничего особенного нет…

— А у меня вообще ничего нет. Сейчас нужно будет что-то готовить… — Девушка улыбнулась, и Максим понял, что она вполне себе симпатичная. И весьма. Даже с заплаканными глазами. Елизарова охватило обычное оцепенение перед девушками, и он понял, что продолжить не может.

— Меня Наташа зовут. А вас?

На такой простой вопрос он мог ответить даже симпатичной девушке. Вот, сейчас соберется с силами:

— Максим.

— Тогда раздевайтесь, Максим. Арсе-ений! — громко позвала хозяйка сына. Тот тут же выглянул в дверь. — Покажи дяде Максиму, где можно руки с дороги помыть, я а пойду ужин готовить, — говорила она, снимая бесформенный пуховик. Под ним оказалось ладное тело в трикотажном платьице до колен.