Говорят, под Новый Год что ни пожелается… (СИ)

Кладете ложку сгущенки, и взбиваете, — девушка изобразила рукой роторные движения, — пока масса не станет однородной. Затем кладете еще одну ложку.

— А сразу нельзя?

— Если вы не миксер — нет. Да и насчет миксера я бы однозначно не стала утверждать.

Сложив вилки вместе, Максим приступил к священнодействию. Музыка заполняла собой пространство, снимая необходимость беседы. Елизаров наблюдал за хозяйкой, которая одной рукой строгала оливье, другой — помешивала картошку, третьей — поглядывала на подоконник, где остывал разрезанный на три пласта корж.

При всей физиологической невозможности последнего, у Макса складывалось такое впечатление. В тарелочке мариновалось в майонезе какая-то мясная хрень. Конечно, ужин на халяву — это хорошо, но почему-то мужчина почувствовал себя ущербным.

— Наташа, а можно, я домой сбегаю? Я прямо с работы, а здесь вроде как праздник. Да и жарко. — Теплые подштанники действительно комфорта не добавляли.

— Уже всё скоро готово будет, — Максиму показалось, что она испугалась.

— Это замечательно.

А то есть хочется прямо невозможно. Я уж начал бояться, что до двенадцати придется поститься…

— Какое там! — отмахнулась Наташа, заправляя за ухо волнистый локон русых волос. — Сеньку нужно кормить и спать укладывать. — А глаза у нее, оказывается, серые. Как у сына.

— Я быстро. Туда и обратно.

Девушка пожала плечами.

— Ну, если надо…

Максим пошел в прихожую одеваться.

За его спиной раздался детский рев. В коридоре тут же появилась Наталья.

— Ты чего? — спросил у плачущего ребенка Максим, ничего не понимая.

Рев усилился. Мама понимала его лучше.

— Арсений, дядя Максим не надолго. Он сейчас к себе сходит и вернется назад.

Мальчик потер глаза кулаками, и хлюпая носом, спросил:

— Ты правда вернешься?

— Конечно. Слово мужчины. А мужчины всегда держат свое слово. Ну, всё. До встречи! — Максим натянул на голову шапку и вышел в перегородку. Замок открылся легко и захлопнулся без проблем. Даже сквозь перегородку он чувствовал, как его спину прожигали две пары глаз.

"

"Наташа даже обрадовалась, что Максим ушел. Было время привести себя в порядок, переодеться. Одно дело, крутится так на кухне, и совсем другое — сидеть за праздничным столом. Обжаривая отбивнушки — последнее грязное дело — она прикидывала, во что бы одеться. Выбрала скромное, но элегантное синее платье нестареющего силуэта «песочные часы», которое выгодно подчеркивало достоинства фигуры. Причесалась, подкрасилась. Накрыла на стол в зале, возле елки.

Максима не было.