Это он, впервые обратив внимание, что правитель не может сдержаться при виде света души, стал поставлять тому человеческих женщин, поощряя нездоровое увлечение.
— Как заставить её открыться? — на лице правителя отражалось явное нетерпение
— Правильно я понимаю, что всё должно быть добровольно? — уточнил лорд Ниок
— Да. Она должна захотеть, это может быть сострадание, чистая радость, любовь…
— А что насчёт сексуального желания?
— Возможно…Ниок, ты, гений! Надо попробовать её соблазнить!
— Мне подобрать кандидатов?
— Нет! Я сам! Свет достанется тому, кто станет тем, перед кем она откроется.
— Может дурман?
— К сожалению нет, дурман обманет тело, а душу не обманешь. Конечно, у неё шикарное тело, но это вторично, сначала свет. Я хочу её свет! Но есть проблема — она в моём присутствии не то, что возбуждается, а вообще леденеет. Что делать?
— Надо аккуратно узнать её предпочтения. Подошлём к ней служанку, поумнее, пусть она начнёт ей доверять, и та выяснит, что надо сделать, чтобы она захотела Вас.
Нижний мир. Империя демонов. Дворец повелителя демонов. Вика
Сижу в халате, пока ничего не происходит, думаю. Интересно, а Вадика отпустили? Скорее всего нет, «винипух» же сказал, что «тяжёлое преступление». Как леди Инесса могла «купиться», вроде не выглядит наивной. А со мной теперь что? Выпьет меня? Мог бы, уже бы «присосался», вампир-алкоголик. Но, видимо, не смог, значит, работает драконья защита, хоть на этом спасибо Вэллиану и Киру. Но общался уважительно, или как там у алкоголиков, до первого срыва, а я для него, со своим «ярким светом» как бутылка водки, до которой он добраться не может, а «трубы горят».
вон сколько у нас бытовых драм происходит, когда алкоголикам надо выпить, а денег нет, и жён бьют, и детей, и матерей не жалеют. Да, значит, надо выбираться. Но как?
В этот момент в дверь аккуратно постучали. — Войдите — холодно произнесла
Дверь отворилась и вошла небольшого росточка девушка, нет женщина, по нашим меркам лет около пятидесяти.
Поклонилась, — Леди, меня зовут Файя, я буду вашей горничной, если не возражаете, конечно. Разрешите подать вам завтрак?
Ну вот, могут же, когда захотят! — и постучалась, и представилась, и поесть предложила…
— Подавай, Файя — милостиво разрешила я
Файя поспешила к двери, распахнула её и давешние двое, которые «сильно напуганные» вкатили небольшой сервированный столик, поставили, и с поклонами, пятясь, выскочили в коридор.
