Грабители

В это момент один из «поваров» отхватил от жаркого небольшой кусок и засунул в рот.

Жак снова вцепился зубами в свой рукав, не в силах смотреть на это.

— Какие предложения, сэр? — все так же спокойно спросил Шапиро. Жака поражал его отстраненный тон. Пока он собирался с силами, Тони Лутц сказал:

— А чего тут думать — кончать всех. Две кислотные гранаты — и они не будут отличаться от нашего парня на костре.

— Пожалуй, так мы и сделаем, — сказал Монро, стараясь придать своему голосу твердость.

Это не ускользнуло от внимания Ральфа Шапиро.

— Не напрягайтесь так, сэр. Если хотите сблевануть, сделайте это сейчас. Мне, между прочим, тоже худо да и Тони не в восторге…

— Это точно, — подтвердил Лутц. — Не хотел бы я, чтобы меня сожрали вот такие мерзавцы, как какого-нибудь барана. Уж лучше пусть все достанется червям.

— С чего это червям такая привилегия? — поинтересовался Шапиро, наблюдая за костром в бинокль. — Стоп, кажется, я что-то вижу, — вдруг сказал он. — Лутц, посмотри — вон там, за грудой камней деревянная клетка…

— Ага, — подтвердил Лутц, — и в ней кто-то сидит.

— Это местный человек, — сказал он. — Скорее всего, житель Урюпина… Вариант с гранатами отпадает.

— А почему это? — спросил Лутц. — Какой смысл возиться из-за одного урюка?

— Если он не бродяга, то может понимать наш язык. В Урюпине это дело обычное… Стало быть, это потенциальный проводник.

Шапиро и Лутц переглянулись и одобрительно закивали.

Монро опустил бинокль и повернулся к Шапиро:

— Давай, Ральф, предлагай — ты у нас самый опытный.

— Нужно сделать все предельно просто, сэр. Я поползу вдоль правой стенки, Тони — вдоль левой, а вы останетесь здесь. Договариваться будем по рации. Когда все выйдем на позиции, положим их с трех направлений.

Жак припал к прицелу и навел винтовку на самого крупного воина. Несмотря на то что его одежда ничем не отличалась от одежды остальных, Монро безошибочно определил в нем командира.

Здоровяк громче всех смеялся и скалил зубы, которые сделали бы честь даже бойцовому псу.

Лейтенант еще раз пересчитал врагов. Теперь их было тридцать восемь, а первый раз тридцать шесть. Они все время перемещались, словно муравьи, и сосчитать их точно не было никакой возможности.

Впрочем, это было уже не важно.

— Я на месте. — передал Лутц.

— Понял, — отозвался Монро.