Грабители

Тони сходил в гальюн и вернулся приободренный.

— Может, через каких-нибудь десять часов мы отправимся домой, — сказал он и, поднявшись на несколько ступенек, оказался на палубе.

Монро вышел следом за ним и полной грудью вдохнул просеянный предвечерним солнцем воздух.

— С чего такие смелые ожидания? — спросил он.

— Да так, — пожал плечами Тони, и в его глазах Монро заметил спрятанную грусть. — Приятнее же, когда настраиваешь себя на хорошее. Вдруг нас там встретят похожие на нас ребята и возьмут на транспортный корабль.

— Ну уж нет. Если там буду похожие на нас ребята, то столкновения не избежать, — серьезно сказал Жак. А потом, неожиданно для себя, добавил: — Но я думаю, что все обойдется.

— Что — все? — спросил Тони.

— Все, — просто ответил Жак.

Шапиро проснулся ночью — часа в три. Подняв с пола винтовку, он проверил затвор и поднялся на палубу.

Судовая машина глухо стучала где-то внутри корабля, рулевой стоял за штурвалом, а неподалеку, на бочонке из-под животного жира, сидел лейтенант Монро. Небольшой светильник висел у него над головой, и Жак перелистывал книгу, исписанную непонятными каракулями.

— Доброе утро, сэр, — хрипло сказал Шапиро.

— Слишком раннее, Ральф, — усмехнулся лейтенант.

— Можете идти, я покараулю. Сколько я спал?

— Да по солдатским меркам совсем немного — часиков двенадцать.

— Ох! Проспал весь неприкосновенный запас. Нужно было проснуться раньше. Идите, сэр.

— Да нет, спать мне вовсе не хочется. Часа через три начнет светать, а потом час-другой — и достигнем острова…

— Что-то нас ждет там… — сказал Шапиро и достал пластинку стимулирующей жвачки.

— Может, что-то ждет, а может, и не ждет.

— Да нет — ждет, — убедительно произнес Ральф. — Ждет, я это чувствую.

В ответ Монро только пожал плечами.

Оставшиеся до рассвета часы они скоротали вместе, пытаясь разобрать, что написано в книге. Ни одной буквы им разгадать так и не удалось и пришлось довольствоваться разглядыванием картинок, которых в книге было всего две.

Вскоре на палубу поднялся боцман.

Одноухий Кот указал куда-то вперед, а затем перевел руку чуть правее и произнес:

— Что он сказал? — невольно спросил Жак, словно Шапиро мог знать местный язык.

— Говорит — остров в той стороне, — ответил Ральф.

— А как далеко до него?

— Сколько чуху, парень? — передал вопрос Шапиро. — Сколько чуху?

Одноухий Кот что-то залопотал, а затем показал восемь пальцев.

— Восемь морских чуху, — перевел Шапиро.