Марина еще раз улыбнулась и послушно скрылась за дверью.
Аверин в который раз убедился, что правильно не женился на ней. Слишком уж она тихая и покладистая. Да и вообще, жить с человеком, к которому ты не испытываешь не то что любви, даже симпатии, не полезно для обоих. Пусть Марине будет хорошо здесь, в доме брата.
Аверин попробовал чай, и он оказался выше всяких похвал. Черный, терпкий, с нотками каких-то трав и легким ореховым привкусом. Да, то, что надо сейчас. Он налил себе еще, насладился ароматом и снова выпил.
А Василь тем временем разлил коньяк.
Аверин указал на закрывшуюся дверь:
– Почему ты ее замуж не выдашь? Неужто она до сих пор по мне сохнет? Вот не поверю. Вы же выходите в свет, разве никто не ухаживал? Она так… ничего.
– Да она красавица, как моя Маша. Не ухаживал, ха! Ты бы видел, как за ней ухлестывал майор Волобуев!
– Волобуев? Тот самый? Который на спор перевернул твою «Ласточку»? За Мариной? – Аверин, успевший снова пригубить чай, чуть не поперхнулся.
– Да-да, именно он.
Ты представляешь? Однажды в театре так раздухарился, что бедная девочка пряталась от него в уборной и за портьерой.
– Зря пряталась, вышла бы отличная пара.
Оба рассмеялись.
Но Василь тут же снова стал серьезен.
– Гера, я все же хочу, чтобы ты понял. Сегодня ты не Анонимусу «его место» указал, ты унизил меня при моих детях. Поставив под сомнение мое решение и мои приказы. Я уже помолчу о том, что ты напугал Мишу. Он теперь будет бояться собственного фамильяра.
Аверин глотнул еще коньяка и внимательно посмотрел на брата:
– А вот за это извини.
Серьезно. Я не подумал.
Он снова налил себе чаю. Тот был просто потрясающе вкусным. В голове немного шумело от выпитого коньяка.
– О-о! – Василь в свою очередь плеснул коньяка и поднял бокал: – Выпьем за крайне редкое явление: Гермес Аверин извиняется! И не через три года!
Аверин только пожал плечами, выпил полбокала и понял, что ему хватит.
– Но! – Он поднял палец. – Насчет Миши я не согласен. Он должен бояться. Иначе он даже до первого экзамена не доживет.
Вот объясни мне, почему ты не показывал детям демонический облик их фамильяра? А личины? Они их-то видели?
– Слушай, ты видел этот облик. Я сам в первый раз жутко перепугался. И можно подумать, ты – нет. Да, насчет Миши согласен, затянул. Я собирался показать через полгода-год. А девочкам это зачем? Они знают, что он див. Они видели его «в действии» и отлично понимают, насколько его способности отличаются от человеческих.
