Она вообще всей свадьбой занималась. А я… ну… В общем, нам не до этого было.
– Да? И почему же?
– Ну… – Василь смутился, – Маша уже носила под сердцем Любаву.
– Ах вот оно что. – Аверин был на свадьбе, но не заметил, что невеста беременна. Он на нее вообще не смотрел. – А сними-ка свое.
Василь послушно начал стягивать кольцо с пальца. Не сразу, но оно поддалось. Аверин указал на место рядом с первым кольцом. Кольца оказались почти идентичны, разве что второе чуть побольше и со следами длительной носки.
Оба кольца однозначно были сделаны на мужскую руку.
– А у Марии? Какое у нее кольцо?
– Такое же. Только в нем розовые рубины. Ну и оно меньше, конечно.
– Ясно…
Перед глазами Аверина мелькнула рука дивы Анастасии, украшенная «обручальным кольцом». Он некоторое время внимательно смотрел на кольца, потом перевел взгляд на Василя.
– Я думаю, это мое кольцо.
– Твое? В каком смысле? – озадаченно спросил брат.
– Бабушка заранее заказала две пары колец. На две свадьбы, тебе и Марии и нам с Мариной.
Она даже мысли не допускала, что я откажусь.
– Но я не понимаю, зачем она его прячет! – Василь удивленно смотрел на кольцо.
– Я тоже.
«А особенно – зачем Марина его ищет».
Кольцо нужно было тщательно обследовать. И лишний раз прикасаться к нему Аверин совершенно не хотел. Даже с защитой – он как будто чувствовал исходящую от кольца опасность. Да и Кузя говорил о заклятии.
Аверин прислушался к своим ощущениям: нет, никаких «как будто». От кольца исходил едва ощутимый, но явный холодок.
– Мне можно надеть мое? – спросил Василь.
Аверин кивнул. Если за все эти годы кольцо не причинило Василю вреда, то вряд ли сделает это сейчас. А уже вскоре Аверин надеялся докопаться до истины. Он встал, открыл витрину с отцовскими инструментами и бесцеремонно вытряхнул скальпели из узкого серебряного футляра.
– Ты что делаешь? – Глаза у Василя стали размером с кофейные чашки.
– Не бойся, отец не будет нас ругать. – Аверин взял зажим, подошел к столу, подцепил им кольцо и сложил в футляр, который в свою очередь сунул в карман, а потом двинулся к выходу, приглашая брата следовать за собой.
– Попроси прислать кого-то, чтобы прибрались здесь, – сказал он уже в дверях.
Обед прошел оживленнее, чем было принято последнее время. Анонимус усадил бабушку в ее кресло во главе стола. Аверин удивился, но когда фамильяр уселся за стол, бабушка не сказала ни слова и как будто даже не заметила.
