– Вперед! – вскрикнул Дэниел, и они вместе с Энн резко подались вперед, чтобы коляска повернула влево, чудом не зацепившись за обочину."
"Однако уже на повороте единственное соприкасавшееся с землей колесо на что-то наткнулось, и коляска накренилась вперед, а потом взлетела в воздух, прежде чем вновь приземлиться на колесо с леденящим душу треском. Дэниел отчаянно вцепился руками в сиденье, полагая, что Энн поступила так же, но уже в следующее мгновение ему пришлось беспомощно наблюдать, как она вылетела из коляски и колесо… О господи! Если ее переедет колесом…
Времени на раздумья не оставалось.
Дэниел бросил тело вправо, опрокинув коляску, прежде чем она успела переехать Энн, лежавшую где-то там, на земле. Коляска шмякнулась о землю и проскользила вниз еще несколько ярдов, прежде чем остановиться, увязнув в грязи. С мгновение Дэниел не мог пошевелиться. Его били, он падал с лошадей, в него даже стреляли, но еще никто и никогда не вышибал из него дух так, как в тот момент, когда коляска ударилась о землю.
Энн! Ему необходимо добраться до нее, но в первую очередь начать нормально дышать, поскольку легкие словно свело судорогой. Все еще задыхаясь, Дэниел выбрался из перевернутой коляски и попытался крикнуть, но из горла вырвался лишь хрип. Его руки и колени увязали в грязи, но, опираясь о край разбитой коляски, он все же сумел подняться на ноги и позвал:
– Энн! Мисс Уинтер!
Однако ответа не последовало. Вокруг вообще не было слышно ни звука, если не считать стука дождя по размокшей земле.
Все еще пошатываясь и держась за борт коляски, Дэниел озирался по сторонам в надежде увидеть Энн. В чем она была? Кажется, в чем-то коричневом – не слишком темном и не особенно светлом, чтобы слиться с цветом почвы.
Должно быть, она где-то позади, ведь коляска, перевернувшись, катилась по склону еще некоторое время после того, как из нее вылетела Энн. Дэниел попытался пробраться к задку коляски, но поскольку ноги так и норовили разъехаться в стороны, поскользнулся, потерял равновесие и стал падать вперед, отчаянно размахивая руками в попытке ухватиться хоть за что-нибудь, чтобы устоять на ногах.
В последний момент его пальцы сомкнулись на тонкой полоске кожи.
Упряжь.
Дэниел посмотрел на ремешок в руках и узнал одну из постромок, крепившихся к вальку – круглому брусу на передке коляски. Она была перерезана. Кончик ее выглядел довольно потертым, словно она истончилась настолько, что могла лопнуть при первом удобном случае.
Рамсгейт.
