Каким – я придумаю позже. Мисс Уинтер исполнит роль злой королевы, а Элизабет… – Прищурившись, Гарриет перевела взгляд на сестру, подозрительно взиравшую на нее, и наконец объявила, к огромному изумлению сестры: – Элизабет будет прекрасной принцессой.
– А как насчет меня? – поинтересовалась Фрэнсис.
– Ты сыграешь дворецкого, – без колебаний заявила Гарриет.
Девочка тотчас же открыла рот, намереваясь возразить, но сестра поспешила ее успокоить:
– Нет-нет! Это лучшая роль, уверяю тебя. Тебе придется делать все.
– Только не быть единорогом, – еле слышно пробормотал Дэниел.
Фрэнсис покорно склонила голову.
– В следующей пьесе, – сдалась наконец Гарриет, – над которой я сейчас работаю, непременно найду место и для единорога.
Фрэнсис вскинула в воздух кулаки:
– Ур-р-раа!
– Но только если ты больше не будешь говорить о единорогах.
– Полностью поддерживаю, – буркнула Элизабет.
– Хорошо, – согласилась Фрэнсис. – Больше никаких единорогов, по крайней мере там, где вы меня можете услышать.
Гарриет и Элизабет явно собирались возразить, но вмешалась мисс Уинтер:
– Думаю, это более чем справедливо, потому что вряд ли она забудет о единорогах.
– Значит, решено, – заключила Гарриет. – Менее значительные роли проработаем позже.
– А как насчет тебя? – спросила у сестры Элизабет.
– Я собираюсь исполнить роль богини солнца и луны.
– История становится все более странной, – заметил Дэниел.
– Вот подождите, пока дойдем до седьмого акта, – предостерегла мисс Уинтер.
– Седьмого? – вскинул голову Дэниел.
– В пьесе семь актов?
– Двенадцать, – уточнила Гарриет. – Но не беспокойся, ты появляешься только в одиннадцати. Мисс Уинтер, когда вы посоветуете нам начать репетиции? Может, лучше на улице? Возле беседки есть полянка, и нам там будет очень удобно.
Мисс Уинтер повернулась к графу, ожидая поддержки, но тот лишь пожал плечами:
– Гарриет у нас драматург.
Кивнув, гувернантка посмотрела на девочек.
– Я собиралась сказать, что мы начнем репетировать после основных занятий. Но, поскольку нам предстоит прочитать двенадцать актов, я решила в качестве исключения освободить вас сегодня от уроков географии и арифметики.
Девочки восторженно завизжали, и всеобщее веселье заразило даже Дэниела.
– Что ж, – обратился он к мисс Уинтер, – не каждый день становишься одновременно странным и печальным.
– Или злым.
– И злым, – он тихо засмеялся.
Внезапно его посетила странная и печальная мысль.
– Я ведь не умираю в конце, верно?
Мисс Уинтер покачала головой.
