Граф

А с Андреем на допрос пожаловал отец Афанасий.

Воевода вошел.

Внимательно осмотрел вещи, выложенные на стол. И с минуту вглядывался в отца Дионисия. Несмотря на связанные руки спина его была пряма, что выдавала происхождение и совсем не духовные профессиональные навыки. Во всяком случае практически все традиционное европейское фехтование так или иначе очень уважало людей с осанкой. Осанка же их и выдавала. С головой.

Глаза карие.

Они смотрели сдержанно, но напряженно.

Лицо не сказать, что сухое. Просто плотно сбитое что ли.

Тело… да обычное дело… аристократа.

Андрей не был бы удивлен, если бы перед ним сидел католический священник. В той традиции младшие сыновья многих аристократов посвящали себя духовной службе. Перед этим получив подходящее для аристократа образование и подготовку. Но тут…

– Минин аэдэ феа Пилиадео Ахилиос… – вдруг произнес воевода первую строчку «Иллиады» Гомера. От чего у его визави округлились глаза.

– Херис на милас элиника? – неуверенно спросил отец Дионисий, когда Андрей замолчал.

– Нет. Просто Илиаду пытался как-то учить. Красивая вещь, не правда ли? Гнев воспой Богиня Ахилеса Пелеева сына… Мда. Значит прибыла новая порция данайцев. Ну, рассказывай, как собирался злоумышлять против Государя моего в Туле?

– Ты и есть воевода Андрей?

– Значит, наш язык тоже знаешь.

– У меня была кормилица из вашего народа.

– Рабыня?

– Да. – нехотя ответил задержанный.

– А зачем сюда поехал? Я слышал, что в Новом Риме можно найти славянок на любой вкус. Или ты предпочитаешь, чтобы я называл этот город Византий, Константинополь, Истамбул и еще как?

– Ты думаешь я приехал сюда ради славянских женщин?

– Нет? Я разочарован. Красавиц среди них хватает. Хм. Но если не за ними, то зачем ты прибыл?

– Чтобы с тобой поговорить.

– Так говори, – развел руками Андрей.

– Я приехал мириться.

– Вот как? Так я с тобой и не ссорился.

– Я представляю интересы патриарха.

– А султан знает, что его раб отправил своего слугу ко мне? – язвительно поинтересовался воевода.

– Посмотри эту грамотку, – кивнул отец Дионисий на стол, где лежало несколько металлических контейнеров для свитков. – Ту, что справа.

Андрей демонстративно надел кожаные перчатки. Осмотрел контейнер. Послушал его.