До города оставалось меньше половины пути, когда мы свернули на едва заметную проселочную дорогу, где меня уже ждал другой автомобиль.
— Ну что, пора прощаться? — улыбнулся Коловрат, сменивший форму гвардейца на одежду, больше подходящую пешему туристу. — Спасибо за освобождение, ваше сиятельство, и берегите себя. Авось еще свидимся и сделаем это не в кандалах.
— Думаю теперь меня лишат и княжеского и баронского титулов. — ответил я, отмахнувшись. — Сбежать из-под стражи самого императора…
— Ну, я бы на это особенно не рассчитывал.
Про лишат. Это же дело такое, что дать, что взять, просто так не выйдет. Да и дядька с дедом тебя скорее всего прикроют. Хоть и не на долго. — усмехнулся Симеон, после чего сжал меня в медвежьих объятьях, — Все, прощай, твое сиятельство. Парни, уходим, руки в ноги и вперед.
— И куда они? — задумчиво спросил Василий, когда пятерка бывших гвардейцев, дававших клятву Брониславу Суворову, скрылась в лесу.
— Поплутают недельку-другую. Может к Москве выйдут. — ответил я, пересев в маленький неказистый и потрепанный временем автомобильчик.
— За руль сядешь, или мне?
— Нет уж, я как-нибудь сам. — тут же ответил Василий, забравшись на водительское место. — Куда ехать хоть скажешь?
— В аэропорт, вестимо. Куда еще. — усмехнулся я, откинувшись в не слишком удобном кресле. Спустя еще полчаса над нами пролетело сразу несколько шлюпов. А кордон при въезде в город мы и вовсе миновали чудом, по-другому не скажешь. В первую очередь останавливали и досматривали автомобили престиж-класса, а на нашу развалюху-инвалидку даже внимания не обратили.
Вот только на подъезде к взлетной полосе удача решила проверить наши нервы на прочность, и с центрального въезда нас ждал усиленный патруль с штурмовыми резонансными доспехами и БТРом, преграждающим путь и водящим стволом из стороны в сторону.
— Тихо, не дергаемся. — пробормотал я. — Выруливай к служебному входу.
— Там тоже охрана. — предупредил меня Василий, указав взглядом на будку, возле которой толпился целый отряд с автоматами.
— Да, но это местные. Флотские, а не гвардейцы и полицаи. — ответил я, нацепив кепку и достав из бардачка приготовленные документы. — Подашь на проходной. Ты к его благородию Погоняйло, старший техник.
— Ясно, что ничего не ясно. — пробормотал Строганов, но спорить не стал. Медленно, под прицелом автоматов, мы свернули с общей дороги, но, когда подъехали к служебному въезду, полицейский спецназ перестал обращать на нас внимание, переключившись на другие машины.
