Графиня Чёрного замка

Тяжело дыша, мужчина смотрел на меня с такой нежностью и обожанием, что я впервые в этом мире смутилась и забегала глазами.

— Что? — пробормотала, надувая покрасневшие щеки."

"— Ты моё сердце, Каролина, — хрипло прошептал граф, прикасаясь холодными пальцами к горячей побагровевшей коже лица.

Ещё сильнее смущаясь, тихо ахнула, когда вторая его рука вдруг обернулась вокруг моей талии и опрокинула на себя. Распластавшись на его обнаженном теле, почувствовала зажатую между животами твердую плоть.

— Снова будем стрелять? — переключая настрой, игриво сощурила глаза.

— Я бы стрелял каждый день, — глухо пробормотал маг, облизывая меня потемневшим взглядом.

— Ну, можно попробовать, — подмигнув, уперла руки в землю по бокам от его головы и приподнялась.

Подрагивающая налитая плоть скользнула по горячим складочкам, медленно проникая внутрь.

Я всегда была темпераментной девушкой, но в Ксавии словно помешалась. Мне хватало всего одного прикосновения и взгляда на жаждущего близости мужчину, и я готова.

Так сладко они возбуждались, так сладко желали моих прикосновений…

Граф тихо простонал, впиваясь пальцами в мягкую кожу моих бедер.

Мои соски заныли, когда острая вспышка удовольствия от наполненного лона пронеслась по венам, ударяя прямо в мозг. Тело снова запело, оживая. От точки нашего соприкосновения взметнулся жар, захватывая каждую клеточку. Казалось, листья вокруг сейчас вспыхнут пламенем, затронутые нашей всепоглощающей страстью.

Скользнув ноготками по встопорщенным соскам мага, приподнялась и снова опустилась.

Встречаясь взглядами, синхронно выдохнули и переплели пальцы.

Неприкрытое обожание Сайгона доводило меня до грани.

Шире раздвигая ноги, отчего паховые мышцы содрогнулись от ещё одной сладкой вспышки возбуждения, оперла наши сцепленные ладони о землю по бокам и ускорилась.

Покачивающихся грудей внезапно коснулись чужие холодные ладони.

От неожиданности подскочила и, разъединяя наши с ледяным графом пальцы, ошалело оглянулась.

— Развлекаетесь? — хрипло шепнул мне на ухо знакомый бархатный голос.

Облегченно выдыхая от осознания, что никакой чужак в такой интимный и откровенный момент не вторгся на нашу территорию, хмыкнула. А затем напряглась, опасливо заглядывая в тёмные глаза Рагнара.

В них не было ни намека на ревность или злость. Лишь голод и чистая примитивная похоть.

— О чём думаешь, сладкая? — мгновенно замечая мои метания, мужчина прикоснулся рукой в чёрной кожаной перчатке к пылающей от жара возбуждения щеки.