– Прочитаем сейчас или дождемся Его светлость?
Я мотнула головой. Герцогу знать не нужно.
Мы с дворецким переместились в мой кабинет. Дрожащими руками вскрыла папку и на первом же листе бумаги был нарисован портрет Фаго. Этот Гигори еще и художник отличный.
Я передала листок Хавьеру, достала второй и принялась вчитываться в красивущий, мелкий почерк сыщика.
Спустя полчаса, когда и я, и дворецкий, перечитали всю папку, на моей голове волосы стояли дыбом.
Фаго Де Монпас, он же – Рико Норд, и еще тринадцать разных имен, оказался самым что ни на есть мошенником.
Довольно умным мошенником, потому что на протяжении нескольких десятков лет пятнадцать семей верили в то, что он внебрачный ребенок нагулянный главой семейства. Они исправно платили ему за молчание, он на эти деньги жил и спокойно ездил по миру в поисках новых жертв.
– Это что же получается… – пробормотала, откладывая папку в сторону.
– Получается, что Фаго заслужил как минимум пожизненное лишение свободы. Давай, Его светлость проснется и сразу сообщи ему, пусть передаст дело главе королевской стражи.
Я и сама понимала, что без помощи герцога не обойтись. Хоть меня теперь в королевской семье знают, но я не пойду к ним с просьбой заковать в кандалы мошенника.
– Почему никто из тех семей даже не подумал, что Фаго может лгать? Почему никто не решил его проверить?
Хавьер вытащил листок из середины бумаг, протянул мне.
– Вот тут написано, что он изначально изучал биографию главы семейства, где родился, где жил, куда ездил, с кем общался в поездках, и самое главное – были ли у него дамы на стороне сколько то лет назад, каждый раз по разному, по мере взросления.
Если да, то он смело шел в эту семью и шантажировал.
– И никто, ни один из этих “отцов” не захотел признать своего якобы ребенка…
– Внебрачные дети – позор для семьи не на одно поколение.
Мы провели в кабинете все утро, читая и перечитывая бумаги. У меня в голове не укладывалось, как этот Фаго смог так легко обвести всех вокруг пальца, а Хавьер причитал, потому что посчитал какую сумму Де Монпас выплатил ему, потом Марья и, собственно, мы.
– Хорошо, что мы не отдали ему поле.
Хавьер кивнул."
"– Только знаешь, думаю это поле надо проверить. Не стал бы он требовать простой клочок земли.
Я согласилась с Хавьером, и собравшись с духом пошла будить герцога. Пора рассказать ему все, и…
Замерла, занеся руку над ручкой двери в его покои.
Я ведь лгу ему ежедневно. О том, что я с Юга, и о том, что бабуля умерла.
