Ночная рубашка насквозь пропиталась потом, руки тряслись как у пропойцы, а воздуха не хватало. Пришлось встать и открыть все окна в спальне, и только тогда стало немного легче.
Из гостиной донесся шорох, я осторожно выглянула из-за двери и увидела, что Энвер уже не спит, а сидит у растопленного камина и читает одну из книг про любовь, что я притащила из библиотеки.
Надела халат и вышла к нему, смущенно улыбнувшись. За окном было еще темно, до рассвета оставалось около часа.
– Тоже кошмары? – Тихим голосом спросил герцог, откладывая книгу.
– Да. А вам что снилось?
– Вы.
Я открыла и закрыла рот, не понимая как реагировать. Герцог уточнил, что ему снился кошмар, но потом сказал что это была я.
Энвер тихонько засмеялся, пряча лицо в ладони.
– Не в том смысле! О, простите… Я имел ввиду, что мне снились вы, но ваша одежда… Она горела. Это на самом деле страшно, а еще я вспомнил ваше лицо этой ночью… Вы смотрели на огонь с таким шоком в глазах.
– Плохие воспоминания из детства.
– Не поделитесь?
– Да нечего особо рассказывать… Мне было лет восемь тогда, я пошла с ночевкой к подруге которая жила со своей бабушкой.
Среди ночи в печи открылась заслонка, угли выпали и дом загорелся. Была зима, и мы раздетые побежали на улицу, там стояли и смотрели как рушатся горелые бревна.
– Действительно, не лучшее воспоминание.
Мы посидели какое-то время в тишине, любуясь огнем. Пламя в камине не пугало, а наоборот завораживало и успокаивало.
– Может быть чаю? – предложила я.
– А печенье есть?
– Найдем, – я улыбнулась и повела герцога на кухню.
В коридорах было темно, обычно Хавьер просыпался раньше меня и зажигал свечи, сейчас же дворецкий еще спал, а лунного света не хватало – небо заволокло густыми тучами. Мы с Энвером шарохались по замку. Найти выход из двух коридоров, один из которых вел к лестнице на третий этаж, труда не составило, вот только мы все равно успели побродить. Двигаться старались потихоньку, чтобы не разбудить Хавьера, и так же тихо хихикали, когда натыкались друг на друга в темноте.
Погруженную во мрак столовую мы миновали и сразу пошли на кухню, там я попыталась отыскать спички, чтобы зажечь свечи, но как назло на привычном месте их не было. Печь растопить тоже не получилось, поэтому мы отыскали заварочный чайник на столе, чашки, разлили ставший уже ледяным напиток и полезли в кладовую.
– Не могу понять, куда Хавьер убрал коробку, – громким шепотом возмущалась я. Я не говорила в полный голос, чтобы не нарушить царившую тишину в замке.
