Помню, как отец гордился моими успехами в науках и не сомневался в том, что меня ждёт блестящее будущее, настояв на том, чтобы в шестнадцать лет продолжил свою учёбу теперь уже в столице. Моего собственного мнения по этому поводу, как водится, никто не спросил. Точнее говоря, от него отмахивались, как всегда, как от чего-то глупого и ненужного.
Одним словом, когда в восемнадцать лет отца не стало, было сложно сказать, что я чувствовал горе потери, скорее недовольство от того, что я теперь стал тем, кем отец и предрекал, той самой: «надёжей и опорой».
Доучился я тогда из какого-то чистого упрямства и решил, что теперь-то, уж мне никто не указ…
Собственно, так и было, к сожалению, судя по всему… я много путешествовал, а возвращаясь обратно, предпочитал находиться в столице, а не тосковать, занимаясь хозяйственными делами в поместье. И не планировал изменять своим привычкам после женитьбы. Во всяком случае, мой первый брак говорил о том, что это вовсе не обязательно. Последние же события заставили меня крепко задуматься.
Мой собственный такой понятный и привычный мир рушился на глазах и не могу сказать, что меня это радовало. А ведь было всё вполне конкретно: у меня есть сын, его нужно баловать, исполняя все его капризы, покупая игрушки, книжки и даже пони; заботиться, нанимая лучшего гувернёра и не утруждая учёбой, как меня в своё время. Мог ли я предположить, что, несмотря на это, Дитрих был несчастен? Конечно, нет! А Гертруда – поняла. Как она вообще могла подумать, что Дитрих не слишком счастлив, ведь я – не мой отец, и никогда не позволил бы себе издеваться над сыном!
Я исподволь наблюдал за своей женой, пытаясь отыскать причину, по которой она была столь мила и заботлива по отношению к Дитриху.
Я знал, что смогу отличить фальшь в её словах, но пока не находил, и оттого сердился ещё сильнее. Да, я понимаю, что сам видел в своей жене прежде всего няню для своего сына! И отчего же тогда так разозлился, когда там, возле конюшен, услышал подобное предположение от принца Вольдемара?
А ещё эти сказки на ночь? Хм… да, всё увиденное в доме несколько отличалось от того, что писал дядюшка Отто, но я не сомневался в том, что мне удастся разобраться со всеми своими проблемами.
Благо, теперь время на это у меня есть, ведь я не собираюсь больше возвращаться в столицу. Довольно. Я давно в отставке, так что обязанностей перед княгиней у меня нет, а то, что я теперь счастлив в браке, надеюсь, всё же уложилось в её голове.
